Верден — братская могила лучших сынов Франции и Германии. Верденское сражение в истории первой мировой

Сегодня поговорим об одном из самых знаменитых сражений Первой мировой — о Вердене. Надо отдать должное немцам. Сосредоточение крупных сил на этом участке фронта они провели с высочайшим мастерством. Скрытность переброски войск и их маскировка были выдающимися, что позже признавали сами французы, не заметившие буквально у себя под носом никакой активности германцев. Как позже писал генерал Петен, «ничто не выдавало лихорадочную деятельность германцев, которая царила в секторе будущей атаки». Мы уже говорили, что в принципе информация о возможном наступлении немцев на этом участке фронта у французов была, но не настолько определенная, чтобы принять ее всерьез. Так что, внезапность атаки немцам обеспечить удалось. Ошибки (и серьезные ошибки) были ими допущены в другом.

Когда 21 февраля 1916 года немцы начали яростное наступление на Верден, они исходили из того, что нужного результата они добьются в любом случае. Как уверенно заявлял начальник Генштаба Фалькенгайн, если немцы предложат французам битву на уничтожение, те не выдержат. Либо французы потеряют крепость, либо подтянут к ней все свои резервы и тогда под огнем германской артиллерии Франция потеряет уже всю свою армию. А в результате немецкой победы французы будут вынуждены выйти из войны.

В оборонительные способности французов, а, точнее, в стойкость французского солдата в Берлине почему-то абсолютно не верили, поэтому план представлялся беспроигрышным. Тем не менее, самоуверенность, как это часто случается, подвела. Расчеты оказались ошибочными.

Знаменитое по своей ожесточенности и огромным жертвам сражение под Верденом можно охарактеризовать кратко — это было противостояние немецкого упрямства и французского упорства. Свою немалую роль здесь сыграли, конечно, и англичане, и русские, предпринявшие в тяжелые для французов дни наступление на восточном фронте, но, по справедливости, это, конечно же, французская победа.

Впрочем, как показал Верден, германский Генштаб ошибался не только в психологии французского солдата. Прежде всего он ошибся во французском потенциале. Как пишет историк Анатолий Уткин: «Франция, несмотря на все сложности и потерю части территории, переживала исключительный промышленный подъем. Благодаря приходу на фабрики и заводы женщин численность работающих на станкостроительных заводах выросла за годы войны с 17,7 тысяч человек до 105 тысяч. Ежедневное производство пушек выросло к 1916 году до 600, винтовок — до 1500, снарядов — до 100 тысяч, производство взрывчатых веществ возросло в шесть раз по сравнению с началом войны».

Другое дело, что ограниченные людские ресурсы не позволяли французам наращивать армейские резервы, сопоставимые по масштабам с Россией и Германией. И все же, по мнению военных экспертов, французская армия образца 1916 года была на 25% сильнее армии 1914 года. Так что Германии очень серьезно ошиблась — на самом деле ей противостояла не ослабленная армия, которую следовало лишь добить, а, наоборот, куда более мощная сила, чем раньше. К тому же на этот раз наступление немцев развивалось не на широком фронте, а на относительно узком пространстве в 12 км, что было на руку французам, узкий проход легче закрыть и малыми людскими силами.

Двадцать первого февраля 850 германских орудий начали артподготовку, которая длилась девять часов. Причем, огонь велся прицельно, поскольку немцы выделили 168 самолетов для постоянного слежения за полем боя. Против двух укреплений Вердена — фортов Дуамон и Во, защищаемых полумиллионом французов, немцы бросили миллион своих солдат. Причем, уже в первый день наступления немцы применили газы, а на второй день впервые в истории использовали новшество — девяносто шесть огнеметов. Все это поначалу принесло успех: через четыре дня немцы взяли форт Дуамон. Но дальше вместо того, чтобы откатиться, как надеялись в германском Генштабе, французы уперлись. Ожесточение противников достигло пика. Потери с обеих сторон были огромными. За небольшой клочок земли, занятый немцами, они заплатили сотнями тысяч солдатских жизней.

Через месяц боев, которые не принесли ощутимых результатов, зато огромные потери, немцы провели промежуточный анализ ситуации. И, тем не менее, упрямо решили действовать согласно первоначальному плану - они были уверены, что еще чуть-чуть и французы их натиска не выдержат. Таким образом, кошмар взаимного истребления продолжился. Деревня Во переходила из рук в руки тринадцать раз и все же осталась во французских руках.

Кстати, в ходе этих боев в немецкий плен попал тогда еще капитан Шарль де Голль, который в немецкой тюрьме обучал французскому языку молодого русского офицера Михаила Тухачевского. Оба попали не в лагерь, а в тюрьму за неоднократные попытки побега.

Об упорстве боев свидетельствуют две цифры: ежедневно французы посылали в Верден 6 тысяч грузовиков с боеприпасами и 90 тысяч подкрепления еженедельно. Испытывая неимоверное давление, генерал Жоффр направил генералу Алексееву телеграмму: «Я прошу русскую армию начать наступление». И русские, как и в 1914 году, когда под угрозой оказался Париж, тут же откликнулись.

Уже в марте наши войска силами восемнадцати дивизий — это 350 тысяч солдат Второй русской армии перешли в наступление около озера Нарочь (к востоку от Вильнюса и к югу от Двинска). Десятая германская армия это наступление отбила, но свой союзнический долг русская армия в очередной раз выполнила — немцы приостановили атаки на Верден более чем на неделю.

В начале апреля Фалькенгайн решил расширить фронт наступления до 40 км. В условиях очень нехарактерной для этих мест в мае плохой погоды с заморозками шли упорные бои за каждый холм, не говоря уже об укрепленных фортах, которые постоянно переходили из рук в руки.

Последняя и отчаянная попытка немцев захватить Верден была предпринята 22 июня 1916 г. Снова вслед за мощной артподготовкой последовало применение газа, на этот раз фосгена. Немцы рвались вперед с отчаянием обреченных.

(Между прочим, среди участников тех последних отчаянных атак под Верденом встречается и еще одно хорошо знакомое нам имя — лейтенант Фридрих Паулюс, в будущем фельдмаршал, плененный под Сталинградом).

Но это была уже агония. Немцы сумели прорваться к самим стенам Вердена, однако дальше идти было уже некому. План Фалькенгайна провалился. Французское упорство победило немецкое упрямство.

Дополнительная информация по теме...

Фрагмент из книги Алексея Ардашева «Великая окопная война» :

Штурмовые команды русской армии

В ходе Первой мировой миру были явлены совершенно новые, никогда ранее не применявшиеся виды оружия, что привело к появлению новых тактических приемов и возникновению родов войск, предназначенных для выполнения специфических задач. К их числу следует отнести и подразделения так называемых «штурмовиков» (или «ударников»). Они были сформированы во многих армиях и использовались при прорыве вражеских линий обороны.

В 1915 году в армиях участников войны появилась тенденция к созданию особых подразделений, специализировавшихся на атаке укрепленных позиций и технике траншейного боя. Такие группы создавались во французской армии главным образом из состава наиболее боеспособных «цветных» колониальных войск Они получили распространение и в германской армии в виде так называемых «штурмовых батальонов». Имелись попытки создания их в русской армии под названием «гренадерских взводов», «ударных частей» и т. д.

Вот пример действий немецких штурмовых батальонов зимой 1916 года в Лесистых Карпатах (район западнее Селетин) против русских войск. На одну из рот 148-го пехотного Каспийского полка была произведена атака штурмовой немецкой роты. Окопы были оборудованы плохо, проволочные заграждения — в одну полосу, в 2-3 ряда кольев. Позиции противника располагались в 400-800 м от нашего переднего края; был довольно глубокий снег.

После полудня немцы начали артиллерийский и минометный обстрел участка одного из батальонов полка с целью пристрелки для последующей изоляции намеченного участка атаки и для создания укрытий в виде воронок атакующим немцам. Перед заходом солнца на опушке леса, в 400 м от русских окопов, показались солдаты противника. Артиллерия обрушилась на фланги и тыл одной из рот, и вслед за этим с исключительной быстротой противник буквально свалился в русские окопы. Атакуя по сплошным траншеям в стороны флангов с применением ручных гранат, немцы очистили значительную часть окопа первой линии от русских войск и отошли, захватив один тяжелый пулемет.

Через несколько дней командир русского батальона в виде своего рода приманки на удобном для атаки противника участке выставляет макет станкового пулемета и выдвигает в засаду команду разведчиков перед передним краем. При попытке германской штурмовой роты совершить налет ее командир — лейтенант — был взят в плен. Вскоре после этого эпизода полк получил перевод немецкой инструкции о подготовке и тактике «штурмовых батальонов».

«Штурмовые батальоны» комплектовались опытным, обстрелянным составом. В основу подготовки бойца было положено доведение до совершенства техники движения (броска) в атаку, преодоления искусственных препятствий и техники гранатного боя в траншеях. Инструкция требовала от рядового солдата умения наметить для себя заранее весь путь движения в атаку, с учетом всех мельчайших укрытий (воронок, ложбин и пр.), пунктов передышек, техники самого движения. При такой подготовке атака проводилась стремительно и почти не нуждалась в управлении со стороны командиров. В метании гранат требовалось достигнуть такого искусства, чтобы, находясь в одном из изломов окопа или хода сообщения, точно бросать гранату в следующий излом, обороняемый противником.

Что касается опыта создания штурмовых команд в русской армии, приказ войскам 9-й русской армии за №646 от 13 декабря 1915 года предлагал в виде опыта создать во всех полках «взводы гренадер» по одному в роте. Состав взвода — 1 офицер, 4 унтер-офицера — командиры отделений — и 48 рядовых солдат. Вооружение гренадера — 7-8 ручных гранат, носимых в двух сумках на поясе, укороченная пика или шашка, тесак или топор на длинном топорище, ножницы для резки проволоки. Кроме того, взвод имел стальные щиты (не менее одного на двух гренадер) и два бомбомета. Гренадерским взводам ставились следующие задачи: обязательное участие во всех атаках и отражениях атак противника; участие в поисках, предпринимаемых для захвата пленных и снятия охранения противника; налеты с целью создать панику у противника и выручка своих частей, атакованных противником.

Инструкция подробно описывает приемы метания гранат в различных условиях (стоя, с ходу, лежа, из-за щита, в окопе) и дает указания о тактике гренадерских взводов. Перед атакой укрепленных позиций гренадеры двигаются за линией стрелковых цепей (первой волной). В момент занятия пехотой основного рубежа для атаки они выдвигаются вперед, пользуясь прикрытием огня стрелков и дымзавесой, выползают вперед на дистанцию броска гранаты и бросают их в искусственные препятствия. Они применяли 5-фунтовые гранаты Новицкого. После этого часть гренадер расчищает образовавшиеся проходы топорами и ножницами, а остальные забрасывают гранатами окопы противника. Если действия гранат окажутся успешными, гренадеры врываются в окопы противника и, прорывая его первую линию, распространяются по окопу вправо и влево. При этом они выбивают гранатами противника, засевшего в изломах траншей и ходах сообщения или за траверсами. Для рукопашного боя гренадеры должны были использовать топоры или подобранные на поле боя винтовки. Инструкция указывала, что если не удастся очистить весь окоп противника, то фланги его должны перекрываться легкими препятствиями, а при действиях в лесу — завалами и наблюдаться группами гренадер.

В 1917 года была разработана более распространенная инструкция, которая предусматривала создание целых «ударных батальонов». Она издана приложением к приказу Особой армии за №320/48 от 1917 года под названием «Наставление для ударных частей».

Согласно этой инструкции, при каждой пехотной дивизии должен быть сформирован «ударный батальон» в составе трех стрелковых рот по три взвода каждая и технической команды, состоящей из пяти отделений: пулеметного, минометного, бомбометного, подрывного и телефонного. Вооружение батальонов определялось так: в каждой партии (отделении) гренадер у шести человек револьверы и у двух — винтовки. Кроме того, у каждого: кинжал, или тесак, или иностранный штык-нож, малая лопата или топор, 8-10 ручных гранат, противогаз, ножницы, стальная каска. Тяжелое оружие и технические вспомогательные средства на батальон предполагались в следующем количестве: 8 станковых пулеметов, 8 ружей-пулеметов, 4 миномета, 8 бомбометов, подрывного имущества на устройство восьми проходов в проволоке (удлиненными зарядами) плюс резерв, 250 сигнальных ракет, 7 телефонных аппаратов и 24 м кабеля. Телефонное имущество предназначалось не только для связи, но и для подслушивания разговоров противника во время разведки.

Инструкцией возлагались следующие задачи на штурмовые части:

  1. При прорыве укрепленных позиций противника: а) штурм особо важных и особо сильно укрепленных участков; б) поддержка атаки пехотой первой линии (переднего края) и развитие успеха ее в траншеях (ликвидация задерживающего продвижение противника).
  2. При обороне: а) бой с целью улучшения своего положения (захват отдельных пунктов); б) поиски для захвата пленных и для разрушения оборонительных сооружений; в) контратаки против ворвавшегося в оборонительную полосу противника.

В соответствии с этими задачами инструкция требовала размещения ударных частей в тылу и вывода их на Позиции лишь для выполнения боевых задач. Занимать ударными частями участки позиций для обороны запрещалось. Бой ударных частей должен был вестись исключительно в траншеях, так называемый открытый бой на поверхности земли рассматривался как исключение. Обучение ударных частей должно было производиться по особой программе с практической отработкой ряда тактических тем на специально оборудованной местности.

Боевые действия ударных частей при атаке укрепленных позиций противника должны были начинаться с тщательной разведки. Наряду с изучением материалов требовалась личная разведка самих ударных частей, для чего они должны были, пробыв несколько суток на участке намеченного удара, точно изучить местность и противника, вплоть до обычного уклада его окопной жизни.

Перед атакой рекомендовалось провести учение на специально оборудованной в тылу позиции, точно воспроизводящей намеченный для атаки участок противника. Если атака намечалась в ночное время, то ударные Части должны были провести скрытую ночную разведку Противника в те же часы ночи, которые были избраны для атаки. Подготовка исходного положения для атаки (плацдарм) должна была вестись с соблюдением строгой маскировки.

Атака могла быть произведена после артподготовки или внезапно. Во втором случае артиллерия должна была быть готовой поддержать атаку после обнаружения ее противником. При этом право подачи сигналов об открытии артогня принадлежало не первой, а второй волне атакующих, исходя из соображения, что последняя лучше разберется в действительной необходимости подавления противника огнем.

Боевой порядок для атаки мог быть групповым или волнами (линиями стрелковых цепей) в зависимости от обстановки. В первой линии шли бойцы, предназначенные для устройства проходов через препятствия. Вторая линия состояла из гренадер, имеющих задачей захват передовых окопов противника и продвижение по ходам сообщения. Порядок продвижения этой линии должен был отвечать характеру укреплений позиции противника (числу, направлению и типу траншей и ходов сообщения). За второй волной шли телефонисты, сигнальщики, артиллерийские передовые наблюдатели. Третью линию составляли партии гренадер с особыми задачами (закрепление флангов, разрушение отдельных блокгаузов и пр.), а также пулеметные подразделения и резерв. Непосредственно за третьей линией двигался боевой тыл (санитары, подносчики боеприпасов).

Артиллерия должна была подготовить огнем атаку. В момент атаки в ее задачи входило окаймление заградительным огнем атакованного участка противника и в случае надобности прикрытие огнем отхода. Траншейная артиллерия (минометы, бомбометы и малокалиберные пушки) участвовала в артподготовке и, кроме того, выполняла задачу непосредственного сопровождения пехоты и закрепления достигнутого успеха.

Фрагмент из книги Евгения Белаша «Мифы первой мировой» :

Сухопутные броненосцы

Первый макет танка был спроектирован в 1911-1912 гг. офицером австро-венгерского железнодорожного полка Бурштыном. Его «Моторгешютц» был отклонен, несмотря на получение немецкого и австро-венгерского патентов.

Бельгийцы, выпускавшие автомобили «Минерва», обшитые 5-мм броней, с пулеметом, иногда — 37-мм орудием, стали первыми, кто применил их в сражениях мировой войны. Эти броневики, по описанию Эдварда Пауэлла, терроризировали немцев, прорывая подвижный фронт, уничтожая аванпосты или кавалерийские патрули, минируя мосты или туннели и возвращаясь обратно к своим.

24 августа 1914 г. полковник Жан Батист Этьен сказал: «Победа в этой войне будет принадлежать тем, кто первым поставит пушку на вездеходный аппарат». Французы в 1914 г. также уже использовали бронеавтомобили «Рено», с пулеметом или 37-мм орудием. Но бронеавтомобили не годились для прорыва линий колючей проволоки по бездорожью, поэтому срочно разрабатывались новые машины.

Со стратегической точки зрения, по мнению Этьена, преимущество нового боевого средства состоит в том, что оно дает возможность предпринять внезапно широкое наступление без артподготовки. Таким образом, Этьен предвосхитил основные принципы боевого применения танков.

Но еще ранее британский полковник Эрнест Суинтон, изучая опыт военных действий во Франции, 20 октября 1914 г. высказал идею использования такого же усовершенствованного трактора Холта как вездеходного истребителя пулеметов. Гусеничный трактор Холта уже использовался на войне как артиллерийский тягач, а теперь должен был иметь броню и пулеметы. Тем не менее британский Военный кабинет отклонил эту идею.

К тому времени Королевские военно-воздушные силы уже успешно применяли в августе 1914 г. бронеавтомобили для патрулирования и защиты передовых аэродромов в Бельгии. Они же под руководством капитана Мюррея Суэтера предложили «сухопутный броненосец» для атаки вражеских траншей. Другой идеей ВВС была «Большая машина» — трицикл с двенадцатиметровыми колесами и тремя башнями. Фрэнк Митчелл отмечал, что эти машины надеялись применить даже для переправы через Рейн.

В начале 1915 г. особому комитету была поставлена задача спроектировать машину, которая должна была:

  1. преодолевать рвы глубиной в 1,5 м;
  2. иметь запас горючего на 32 км;
  3. взбираться на скаты крутизной до 45°;
  4. иметь на вооружении 1 пушку и 1 пулемет;
  5. экипаж численностью в 10 человек;
  6. вес, достаточный для обычных мостов.

Были выделены деньги па постройку прототипов и проведение испытаний.

В феврале 1916 г. полковник Суинтон писал о предполагаемой тактике танков: «Танки прежде всего уничтожают пулеметные точки противника и могут быть использованы в качестве подсобного средства во время атаки пехоты…

Поскольку шансы на успех атаки зависят главным образом от новизны применяемых средств и внезапности, следует предполагать, что вторая атака окажется уже менее успешной, чем первая. Поэтому не следует применять небольшое количество танков, например, использовать их по мере изготовления [буквально — «ручейки» танков]; их существование должно сохраняться в строгой тайне вплоть до того момента, когда можно будет применить все танки одновременно для осуществления крупной операции. Участки фронта, где танки будут введены в бой, должны тщательно выбираться с учетом возможностей машин: каналы, реки, глубокие железнодорожные выемки, леса и т. п. делают местность труднопроходимой для танков.

Все танки пойдут в атаку одновременно, открыв огонь из своих пулеметов по брустверу первой траншеи. Когда они пройдут три четверти расстояния и вызовут на себя ружейный и пулеметный огонь противника, пехота поднимется с исходного рубежа. Ее задача — достичь немецких укреплений вскоре после того, как танки пройдут окопы противника или возьмут их под продольный огонь.

При правильном использовании танки позволят сохранить высокий темп наступления и быстро проникнуть в глубь немецкой обороны, чего до сих пор нельзя было осуществить даже ценой огромных человеческих жертв. По-видимому, танки придадут наступлению мощь, необходимую для преодоления последовательно расположенных оборонительных рубежей, считающихся неприступными. Быстрота передвижения обеспечит живучесть танков в бою. Одни танки не могут выиграть сражение, они являются лишь помощником пехоты и предназначены для уничтожения препятствий, которые до настоящего времени останавливали ее продвижение.

Танки чаще всего выводятся из строя артиллерией. Поэтому… задача артиллерии должна состоять в оказании помощи танкам, то есть артиллерия должна вести интенсивный огонь по основным районам артиллерийских позиций противника, а также уничтожать полевые пушки и орудия траншейной артиллерии, расположение которых в глубине обороны точно установлено. В этом будет одновременно заключаться и помощь пехоте. Чтобы усилить замешательство врага в момент танковой атаки и скрыть от него истинную природу этих машин и их продвижение, выгодно использовать дымовую завесу».

Т. е. англичане верно видели проблемы, с которыми столкнутся танки, и наметили пути их решения. Опять-таки предполагаются комбинированные действия совместно с пехотой и артиллерией, постановка дымовых завес, учет местности и т. п. Танки должны были применяться внезапно и массированно, отличие английской тактики — прорыв и последующее вклинение в оборону должны были осуществляться непосредственно пехотой.

Танковый комитет и французы настаивали на отсрочке, чтобы сломить германскую оборону именно массированным и внезапным ударом английских и французских танков с подготовленными экипажами, весной 1917 г.

Однако в бой на Сомме 15 сентября 1916 г. пошли уже первые 49 танков из доставленных во Францию 60. На исходную позицию прибыло только 32 танка, в дальнейшем действовавших группами по два-три против ключевых точек обороны. Экипажи были крайне утомлены суточным переходом, и не спали ночью, но стремились в бой. При этом большинство экипажей впервые видели инструкции к многочисленному оборудованию, а также карты и аэрофотоснимки района предполагаемого наступления.

Выдвижение началось в 5.30 утра. 9 из танков пошли в атаку впереди пехоты, 9 не поспели за пехотой, но помогали в очистке захваченной местности, 9 сломалось, а 5 застряли в воронках, усеивавших поле боя. Каждому танку было установлено время выдвижения — в большинстве случаев за 1,5 часа до рассвета, чтобы танки смогли прибыть к рубежу атаки вовремя. В результате был захвачен господствовавший над местностью хребет, но утрачена стратегическая внезапность — в дальнейших боях уже сотни танков долго не помогут добиться решающего успеха. При этом танки были использованы строго наперекор записке Суинтона — англичане повторили ошибку немцев с химическим оружием. Даже конструкция первых танков не подходила мягкой почве, усеянной воронками. Вероятно, в успех мало кто верил, и бой было решено сделать «экспериментальным». Необходимо также учесть, что после тяжелых потерь летом того года моральный дух войск был крайне низок, и его требовалось срочно поднять.

25 и 26 сентября танки использовались под Тиепвалем. Хотя 9 из 13 танков сразу застряли, остальные помогли пехоте захватить укрепленные позиции. Под Гедекуром (Гведенкуром, Gueudecour) пулеметный танк успешно взаимодействовал с гранатометчиками и аэропланом, зажав большую группу немцев в траншее. В плен сдалось 8 офицеров и 362 рядовых, англичане потеряли 5 человек. Операция по захвату 8 танкистами полуторакилометровой траншеи заняла всего час.

Были сделаны выводы, что в бою один на один танки легко уничтожают пехоту без средств противотанковой борьбы и пулеметы, проволочные заграждения успешно прорываются. В целом танки резко поднимали моральный дух пехоты, снижали ее потери и увеличивали общий темп наступления. Также необходима разведка местности и состояния грунта. Грунт проверяли наиболее простым способом — втыкая в него офицерский стек.

Тем временем в январе 1917 г. Немцы формируют специальные «батареи ближнего боя» для борьбы с танками из шести 77-мм полевых пушек, стреляющих осколочно-фугасными гранатами с дистанции 1000-1500 м, позднее с 500 м — как наиболее эффективной дистанции.

На Мк II, выпускавшемся с марта 1917 г., отказались от колесного хвоста, на Мк Ш планировали установить накладные бронеэкраны. От камуфляжа танков также отказались. Теперь все танки окрашивались в коричневый цвет и снабжались маскировочными сетями для защиты от авиаразведки.

Отрабатывались способы связи. Ближняя связь осуществлялась красными, зелеными и белыми дисками. Так, белый цвет означал «вперед», красный и белый — «враг в небольшом количестве», красный, белый, зеленый — «враг отступает». Для связи на большие расстояния до ноября 1917 г. применялись лампы Альдис (безуспешно) или чаще всего голуби.

Английские танки типа Мк IV были спроектированы в декабре 1916 и выпускались с марта 1917 г., в мае прибыв во Францию. Они весили 27—28 т, имели улучшенную вентиляцию и глушитель мотора. Экипаж состоял из офицера и 7 солдат-водителя, двух стрелков, двух артиллеристов, двух заряжающих и двух механиков.

11 октября Черчилль сообщил наблюдавшему за выполнением заказа на танки полковнику Стэрну, что военное министерство считает танки ошибкой. Логика докладов с фронта была проста — танки не могут действовать на плохом грунте, на поле боя грунт всегда будет плох, следовательно… Кроме того, уже утрачен моральный эффект внезапности, и по итогам боев нет смысла в массовом использовании танков. Через несколько дней программа на 1918 г. была сокращена с 4000 машин до 1350, а возражавший Стэрн снят с должности.

Французы тоже решают воспользоваться новым оружием — уже к весне 1917 г. генерал Жоффр рассчитывал иметь 400 танков. 21 февраля 1916 г. в Венсенне были произведены испытания опытных образцов танков. Тем временем Этьен стал генералом, и ему было поручено командование «штурмовой артиллерией», как назвали танки французы.

25-26 февраля 1916 г. французские заводы получают заказы на 400 танков «Шнейдер». Танк «Шнейдер» имел вес в 13,5 т, экипаж 6 человек, специально разработанную 75-мм пушку в 12 калибров в уступе по правой стороне танка, и 2 пулемета Гочкиса.

27 апреля 1916 г. консорциум FAMH (Forges et Acieres de la Marine et d’Homeocourt) в городе Сен-Шамон получил без ведома Этьена заказ на 400 танков «Сен-Шамон», первоначально называвшихся Р.16. В результате французские заводы вместо помощи конкурировали друг с другом. Тяжелый танк «Сен-Шамон» был разработан «вдогонку» танку «Шнейдер» на основе значительно увеличенной ходовой части трактора Холта. Первоначально он имел вес 23 т, экипаж в 8 человек, одну 75-мм длинноствольную пушку с углом горизонтальной наводки 8° и 4 пулемета, ту же скорость на поле боя — 4 км/ч, уступая в маневренности и проходимости, радиус действия — 60 км. Слишком узкие гусеницы постоянно застревали на мягком грунте, но зато «Сен-Шамон» лучше «Шнейдера» поднимался по крутым склонам. В танке «Сен-Шамон» впервые была установлена электротрансмиссия. Любопытно, что в свете дебюта английских танков Жоффр 20 сентября изменил требования к своим танкам, предпочтя 120-мм орудию более скорострельное 75-мм и пулеметы.

Как ни удивительно, но, осмыслив боевой опыт, англичане и французы как будто поменялись ролями — теперь английские танки рассматривались как средство стратегического прорыва, а французские — как средство поддержки пехоты.

Отбитие первых танковых атак привело к некоторому самоуспокоению — в августе 1917 г. в сводке по группе армий кронпринца говорилось: «Танк бессилен против наших средств обороны, в частности — против артиллерии». Новыми приемами стали пропускание пехотой танков вперед, и отсечение вражеских пехотинцев.

Тем временем начальник штаба английского танкового корпуса полковник Джон Фуллер, знаменитый впоследствии танковый теоретик, предлагал крупномасштабный танковый рейд, где танки могли бы показать свои качества наилучшим образом.

Совершенствовались и танки. 27 июля был создан первый танковый корпус. Танковый корпус, находившийся под командованием генерала Эллиса, состоял из 3 бригад, каждая в составе 3 батальонов. Батальоны подразделялись на три роты, которые вступали в бой, имея четыре взвода по 3 боевых машины в каждом. Во взводах было по 1 пушечному и по 2 пулеметных танка.

Кроме того, каждый батальон имел 6 транспортных танков, каждая бригада — 3 радиотанка для связи с авиацией и штабами, и некоторое количество танков для перевозки деревянных волокуш-прицепов, с нагрузкой выше, чем у транспортных танков — 14 т горючего, боеприпасов, продовольствия и воды. Технический резерв был составлен из учебных танков.

Для преодоления немецких окопов танки перевозили на крыше огромную, более трех м длиной и полутора толщиной, весом 1,75 т, связку фашин (хвороста), привязанную цепями. Водитель танка мог отцепить фашину изнутри.

Только одному танку на 10 часов работы требовалось 318 л бензина, 22 л моторного масла, 182 л воды, 68 л тавота, 3 кг смазочного масла. Поэтому не менее важной заботой являлось оборудование головных складов горючего и боеприпасов на выжидательных позициях танковых частей, расположенных в 4-8 км от германских позиций.

Сами танки выгружались как можно позднее — за 2-5 ночей до начала атаки. Со станции выгрузки они двигались ночью собственным ходом на выжидательные позиции. Там машины осматривались, получали боеприпасы и пополняли горючее. В ночь перед наступлением они должны были поротно перейти на исходные позиции, которые находились на расстоянии около километра от неприятельских линий. Также были приняты меры для маскировки шума при помощи огня минометов и пулеметов. В среднем передовому батальону придавалось 12 танков. Для борьбы с ранее выявленными немецкими батареями были выделены танковые части передней волны (как это и предлагалось еще в 1916), и авиация.

  1. танки действуют в самой тесной связи с пехотой, которая должна немедленно следовать за ними. Если пехота отстала, то танки возвращаются к ней и должны помочь.
  2. пехота принимает от танков местность и защищает танки от захвата противником. Если танки почему-либо отходят, пехота не должна отступать. Артиллерия и авиация помогают подавлением огня и ослеплением наблюдателей дымовой завесой.
  3. применение танков не должно уменьшать энергию других войск.
  4. танки распределяются из расчета 150 машин (полк) на дивизию-корпус, 16 машин (батальон) на полк, 5 машин (взвод) на батальон пехоты.
  5. танковые части на время совместных операций должны быть подчинены пехотным командирам.

С января 1918 г. англичане выпускают Мк V, более скоростной (8 км/ч, радиус 40 км, двигатель в 150 л. с.), маневренный и с лучшим обзором. Теперь танком мог управлять всего один человек. С мая производится улучшенная версия Мк V — более длинная (около 10 м), что позволяло перевозить до 20-24 пехотинцев и преодолевать траншеи до 4,5 м. В течение мая каждую неделю во Францию прибывало 60 Мк V.

Дуглас Гордон Браун в 1920 г. отмечал, что говорить «танки выиграли войну» было бы экстравагантным, но их применение приблизило конец войны на полгода-год. Генерал Этьен за заслуги в деле создания и применения танков получил орден Почетного легиона.

Итак, танки, несмотря на послевоенную репутацию чудо-оружия, были применены задолго до конца войны, но принесли победу далеко не сразу. И опять-таки задолго до конца войны танки учились действовать вместе с пехотой, артиллерией, кавалерией и авиацией, но успешным такое сотрудничество станет много позже. Несмотря на в целом верные тактические приемы, перевести тактический успех в стратегический удалось только после долгих неудачных боев. Многие особенности боевого применения танков и противотанковой борьбы, выявленные Великой войной, остаются актуальными и сегодня, в XXI веке.

Фрагмент из книги Андрея Зайончковского «Первая мировая война» :

АТАКА 21 ФЕВРАЛЯ

21 февраля в 7 ч 15 мин германцы открыли артиллерийскую подготовку на 40-километровом фронте всех перечисленных выше 6 корпусов. После девятичасовой подготовки, когда могущественная артиллерия расстроила всю систему обороны первой и второй позиций французов, а остальные позиции и внутренность крепости были значительно разрушены, германцы в 16 ч 15 мин повели наступление корпусами ударной группы. Наступление германцев велось маленькими группами безостановочно днем и ночью. Попытки остатков атакованного XXX французского корпуса организовать сопротивление, несмотря на усиление его 37 й и половиной 14 й дивизии (18 батальонов), успеха не имели. После четырехдневных упорных боев германцы 24 февраля овладели первой и второй французскими позициями. Спешно направленный французами к Вердену XX корпус постепенно с 24 февраля разворачивался на высотах у форта Дуомон. За ним спешно перевозились по железным дорогам I и XIII корпуса, прибытие которых началось 24 и 25 февраля. Одновременно 10 я французская армия в районе Арраса была сменена англичанами, что давало французам еще 4 корпуса (XIV, XV, XXI и XXIII), прибытие которых по железной дороге ожидалось 28 и 29 февраля.

Успехи германцев заставили командующего группой центральных французских армий ген. Лангль де Кари отдать приказ в 20 ч 24-го об отводе правофланговых частей (II корпус) с высот у Вевра на линию фортов, что и было выполнено 25-го.

Ген. Жоффр, обеспокоенный этим решением и опасаясь, что возможен дальнейший отвод войск за р. Маас, отдал категорический приказ о дальнейшей обороне Вердена на правом берегу. «Все должны стоять лицом к северу на фронте между Маасом и Вевром, — писал ген. Жоффр, — используйте без колебаний весь XX корпус...» Чтобы удостовериться, что его мысль правильно понята исполнителями, ген. Жоффр командирует своего представителя ген. Кастельно, который, прибыв в Верден в 5 ч 25-го, отдает краткий приказ: «Защита Мааса должна происходить на правом берегу...».

В этот же день в Верден прибывает ген. Петен со штабом 2-й французской армии, получивший задание упорно оборонять район Вердена. 2-я французская объединяет под своим управлением: 1) группу Базелера (VII корпус) — на левом берегу, 2) группу Гильома (XXI и I корпуса) — от реки Маас до Дуомона, 3) группу Бальфурье (XX корпус) — от Дуомона до Вевра и 4) группу Дюшена (II корпус) — на Маасских высотах.

25 февраля германцы достигают последних крупных успехов и оттесняют французов с линии Кот де Талу, с высот Мормона, Лувемона, а главное — овладевают фортом и селением Дуомон.

По свидетельству Петена, XX французский корпус 25 февраля храбро сражался вокруг Дуомона и сдерживал сильный натиск III германского корпуса, который продвигался по лесистым равнинам, покрытым снегом, ограничивающим с запада и востока форт Дуомон. XX корпус, не зная местности, не имея возможности слиться с остатками XXX корпуса, был сбит и отошел за массив, на котором находился форт Дуомон, полагая, что гарнизон последнего сдержит натиск германцев.

Однако 24-й германский бранденбургский полк решил атаковать форт по занесенным снегом склонам. 7-я рота этого полка, удачно перерезав проволоку, перешла рвы и первой проникла во внутренний двор форта Дуомон, где захватила в плен немногочисленный гарнизон.

Взятие форта Дуомон и отход II французского корпуса позволили германцам выдвинуть вперед свою артиллерию, и к 29 февраля, став на линии Самонье, Лувемон, форт Дуомон, Безонво, они готовились к атаке форта Во и развитию атаки на флангах прорыва, на фронте VI резервного и XV корпусов. Ударная группа корпусов закреплялась на линии р. Маас до Вишеровиля через форт Дуомон — Гардамон — восточнее Муланвиля и Ронво.

2-я французская армия, начиная с утра 26 февраля, приступила к организации обороны, широко использовав автотранспорт для переброски войск, боеприпасов и грузов снабжения по «священному шоссе» Бар ле Дюк — Верден. В период сравнительного затишья в районе Вердена, с 27 февраля по 6 марта, автомобильный транспорт 2-й армии в общей сложности перевез 190 000 человек, 23 000 т боеприпасов и 2500 т других грузов.

В общем следует признать, что попытка германцев овладеть Верденом ускоренной атакой успеха не имела. Ударная группа корпусов имела незначительное продвижение, овладев передовыми позициями в глубину на 5-6 км. Важное значение имело только взятие господствующего над всем районом Авокура и Вевра форта Дуомон.

Причинами неуспеха германцев следует считать: 1) сравнительно малую плотность артиллерийского огня на флангах прорыва (в среднем до 35 орудий на 1 км, всего 40 км фронта артиллерийской подготовки), вследствие чего фланговый огонь французских батарей левого берега не был погашен; 2) отсутствие одновременной атаки на флангах прорыва, особенно на участке VI резервного корпуса; 3) отсутствие оперативной внезапности — прибытие XV корпуса было открыто французами своевременно; 4) перенос дня штурма с 12 на 21 февраля, что дало французам время на усиление обороны Вердена. В результате германцы стояли перед необходимостью продолжать атаку Вердена, где они постепенно втягивались в истощающую обе стороны тяжелую крепостную войну.

По необъяснимой причине февральские атаки германцев в центре не сопровождались никакими действиями на флангах и в особенности на левом берегу Мааса. Только 6-8 марта начались германские атаки на обоих флангах. 6 марта германцы начали атаку на левом берегу Мааса, на участке VI резервного корпуса от Бетенкура до леса Форж, имея главной целью завладеть высотами Мортом и высотой 304, оставлявшими узел укреплений левого берега Мааса и дававшими французской артиллерии возможность брать во фланг германские войска на правом берегу реки. Кровопролитные бои, продолжавшиеся до 20 марта, дали германцам только полууспех; завладев подступами к указанным высотам с обоих флангов, они не смогли окончательно выбить французов с высот.

8-11 марта германцы усиленно атаковали на своем крайнем левом фланге участок Гардомон — форт Во, но атаки успеха не имели.

В двадцатых числах марта в боях с обеих сторон наступил перерыв. Германцы, под впечатлением неожиданного для них наступления на Русском фронте (у озера Нарочь), прекратили свои атаки на Верден с 22 по 30 марта, пока не миновало их тяжелое положение на востоке. Правильнее было бы германцам совершенно прекратить свою операцию против Вердена, так как элемент неожиданности, что составляло преимущество германцев, уже потерял свою силу. В дальнейшем шансы сторон уравновешивались и даже переходили на сторону более богатых живой силой англо-французов.

С другой стороны, и французы имели полную возможность, перейдя у Вердена к строгой обороне, использовать ослабление германцев на противоположном фланге Англо-французского фронта и предпринять там решительное наступление. Французы, может быть, это и сделали бы, но англичане не были готовы и окончательно отказались от наступления ранее условленного срока, т. е. 1 июля, когда должна была начаться операция на р. Сомма.

Дальнейшие операции у Вердена уже потеряли всякий стратегический смысл и велись германцами с более узкой целью: истощения французских резервов и материальных ресурсов. Операция под Верденом начинала принимать характер борьбы на истощение. К Вердену в течение 131 дня текли все новые силы двух одинаково мощных технически противников, уничтожались в этой бойне на небольшом пространстве, уводились для укомплектования, вновь вводились, и так до конца, пока германцы, под влиянием первоначально русского наступления, а потом и англо-французского на р. Сомма, не прекратили свои атаки.

Наступивший в марте перерыв обе стороны использовали для ввода новых подкреплений. Французы направили сюда части сменной англичанами 10 й армии, германцы — 4 новые, свежие дивизии.

С 30 марта по 8 апреля на левом берегу Мааса германцы вновь произвели ряд атак на высоты 304 и Мортом, на этот раз с фронта, и завладели также и здесь всеми подступами к ним; на правом берегу они временно захватили селение Во, но вскоре были выбиты контратакой свежих французских сил.

9 и 10 апреля германцы произвели общую решительную атаку, на этот раз одновременно на обоих берегах Мааса, но успех их ограничился только на левом берегу занятием Мортома, который 20 апреля был вновь отнят французами.

Таким образом, за этот первый период борьбы за Верден германцы продвинулись к нему не более чем на 7 км, заняв вторую и часть третьей линии передовых позиций и только один совершенно разрушенный форт Дуомон, имевший, правда, весьма большое тактическое значение. Борьба за Верден пока обошлась обеим сторонам не менее полумиллиона бойцов.

Фрагмент из книги Нормана Стоуна «Первая мировая война. Краткая история» :

Символом сражения стал форт Дуомон. Французы благоразумно сдали его (бетонные стены были необычайной толщины, и он, естественно, превратился в главную мишень для тяжелой артиллерии, хотя, как потом выяснилось, форт погубило французское орудие). Немцы взяли Дуомон одним штурмом, несмотря на то что французы пытались организовать его оборону и в траншеях за крепостными стенами.

Однако Фалькенгайн не все учел. Два миллиона снарядов, конечно, могли разнести в пух и прах все живое на восьмимильной передовой линии, но фронт был недостаточно протяженный для противостояния французам на западном берегу реки Мёз, и они открыли огонь по флангу немцев, продвигавшихся на правом берегу. Командующий Филипп Петен хорошо знал свое дело, и немцы потеряли набранный темп. Фалькенгайну пришлось одновременно решать проблему левого берега и отбивать самоубийственный контрудар на правом берегу, затеянный генералом, решившим сделать себе имя — Робером Нивелем. Французы не пали духом. Важнейшие высоты восточнее Мёз немцы не смогли взять. Сражение за Верден превратилось в национальную легенду, что-то вроде «битвы за Британию» 1940 года. Франция оживилась. Общественность с обеих сторон возбуждала себя патриотизмом. Об ограниченных целях Фалькенгайна все позабыли.

Три четверти миллиона убитых и раненых, французов и немцев. Французы наскоро организовали переброску войск и вооружений по единственному шоссе, богохульно назвав его «священной дорогой»: по ней грузовики с затемненными фарами проезжали каждые четырнадцать секунд, доставляя все необходимое для Вердена. Дивизии постоянно сменялись, почти каждая из них провела на фронтовой линии по меньшей мере две недели. Фалькенгайн понимал, что необходимо заставить замолчать артиллерию на западном берегу Мёз, и в марте и апреле он сосредоточил здесь свои силы. Наверное, он предпочел бы прекратить операцию, но она стала делом чести: сам кайзер приезжал поздравить войска с падением Дуомона, взяв с собой по этому случаю и сына. Немцы взяли две западные высоты — Морт-Ом и 304, а затем занялись восточным берегом, в мае и июне завладев фортом Во, но торжествовать оказалось рано. Прежде потери французов были больше, чем у немцев, теперь они уравнялись. Когда 23 июня немцы предприняли последний рывок, он оказался очень слабым. Новый энергичный командующий, генерал Нивель, организовал хорошо спланированные контрудары и вернул форты. (В фильме Жана Ренуара «Великая иллюзия» есть запоминающаяся сцена, когда французские пленные кричат Douaumont est a nous! («Дуомон наш!»). Из Вердена пошло французское выражение its nе passeront pas — «они не пройдут». Но Верден сломал французскую армию или по крайней мере обескровил страну до такой степени, что она по-настоящему так и не оправилась — последняя страница в истории Франции как великой державы. Она сдалась в 1940 году отчасти и потому, что народ не хотел пройти еще через один Верден.

Фрагмент из книги Анатолия Уткина «Первая мировая война» :

Верден

Франция, несмотря на все сложности и потерю части территории, переживала исключительный промышленный подъем. Благодаря приходу на фабрики и заводы женщин численность работающих на станкостроительных заводах выросла за годы войны с 17,7 тыс. человек до 105 тысяч. Ежедневное производство пушек выросло к 1916 году до 600, винтовок — до 1500, снарядов — до 100 тысяч, производство взрывчатых веществ возросло в шесть раз по сравнению с началом войны.

Правда и то, что ограниченные людские ресурсы не позволяли французам наращивать армейские резервы, сопоставимые по масштабам с Россией и Германией. И все же французская армия 1916 года была на 25 процентов сильнее армии 1914 года.

В восемнадцатом веке гениальный французский военный инженер Вобан создал Верден для защиты Парижа от противника с востока. В 1792 году Верден был взят прусской армией после двухдневного сражения. В 1870 году крепость продержалась шесть недель. В сентябре 1914 года Жоффр был готов сдать Верден как часть своего общего стратегического плана. На протяжении 1915 г. германские войска стояли всего в пятнадцати километрах от Вердена. Главный замысел немцев на 1916 г. — добиться обескровливания французской армии — при Вердене начал реализовываться 21-го февраля: началось яростное наступление на крепость, основываясь на той посылке, что французы бросят под Верден все возможные резервы. Если они перестанут сражаться — то потеряют Верден, если не перестанут — потеряют армию.

Немцы избрали в качестве цели своего удара Верден, помимо прочего, и потому, что фронт здесь проходил всего в двадцати километрах от удобной для них железнодорожной магистрали, по которой великие мастера железнодорожных перевозок надеялись быстро подбрасывать резервы. Операция «Герихт» («Осуществление правосудия») была полностью одобрена Вильгельмом II. В январе-феврале 1916 года сюда было переброшено десять немецких дивизий (шесть регулярных). Среди подвезенных 542 тяжелых орудий было тринадцать 420-миллиметровых и семнадцать 305-миллиметровых.

Двадцать первого февраля 850 германских орудий начали артподготовку на сравнительно небольшом фронте в двенадцать километров, и длилась эта канонада девять часов. Немцы выделили 168 самолетов для постоянного слежения за полем боя. Против фортов Дуамон и Во, защищаемых полумиллионом французов, немцы бросили миллион своих солдат. В первый день наступления они применили газы, во второй — новинку, девяносто шесть огнеметов. Через четыре дня немцы взяли форт Дуамон. Кайзер Вильгельм лично вручил награды победителям. Но назначенный командующим обороной Вердена генерал Петэн издал свой знаменитый приказ: «Они не пройдут».

Ожесточение битвы стало невиданным. Треть миллиона немцев полегла за небольшой, изуродованный артиллерией клочок земли. Месяцы боев поставили вопрос: кто первым проявит слабость? Безупречная в теории логика Фалькенгайна споткнулась об отчаянную решимость французов. Через месяц боев немцы решили совершить промежуточную оценку ситуации. И хотя потери немцев были устрашающими, верховное главнокомандование решило продолжить операцию, рассчитанную на обескровливание французской армии. Присутствовавший на фронте наследный принц Гогенцоллерн предпочел сделать оптимистический вывод, что «перспективы значительной моральной и материальной победы остаются». Очевидцы говорят о сценах ада. Ужас битвы был неописуемым: «Мы вышли из места столь ужасного, что ни один лунатик не может представить этого ужаса».

Но Фалькенгайн следовал избранному методу. Деревня Во переходила из рук в руки тринадцать раз и все же осталась во французских руках. Защитникам форта Во генерал Жоффр объявил в ежедневном приказе: «О вас всегда будут говорить: они преградили путь на Верден». (Раненым в этих боях попал в немецкий плен капитан де Голль. После нескольких неудачных попыток побега он был помещен в тюрьму, где учил французскому языку молодого русского офицера Михаила Тухачевского).

Немцы бросили в бой баварцев во главе с генералом фон Кнесселем, взявшим на русском фронте крепость Перемышль. Но французы посылали в Верден ежедневно 6 тысяч грузовиков с боеприпасами и 90 тысяч подкрепления еженедельно — и крепость держалась. Да, французские потери росли, но конца или агонии видно не было, и замысел Фалькенгайна стал терять свою убедительность. Несколько французских рот дезертировали, но общая решимость защитников Вердена поколеблена не была. Испытывая давление под Верденом, генерал Жоффр прислал Алексееву телеграмму: «Я прошу русскую армию начать наступление».

Русские войска в марте предприняли наступление близ озера Нарочь (к востоку от Вильнюса и к югу от Двинска) силами восемнадцати дивизий — 350 тысяч солдат Второй русской армии. Это был тот случай, когда русская армия имела перевес над германской в артиллерии и тысячу снарядов на орудие. Войска пошли через болота, когда неожиданно наступила оттепель. Тысячи русских солдат оказались обмороженными. Не самые талантливые русские генералы участвовали в боях — таково мнение Алексеева и иностранных наблюдателей. Десятая германская армия Эйхгорна отбила наступление. Потери русской армии были огромными. Но свой союзнический долг русская армия выполнила — насторожившиеся немцы приостановили атаки на Верден более чем на неделю.

К концу марта 1916 г. французы потеряли под Верденом 89 тысяч человек, а немцы — 82 тысячи. Кайзер продолжал демонстрировать решимость: «В 1870 году судьба войны была решена в Париже. На этот раз это произойдет в Вердене». 9 апреля Фалькенгайн решил наступать на фронте шириной около сорока километров. Французский очевидец свидетельствует: «Мы находились в морозной грязи под ужасной бомбардировкой, и единственной защитой являлся узкий окоп... Я прибыл сюда с 175 солдатами, а возвратился с 34, несколько человек сошли с ума, они не отвечают на вопросы».

В мае продолжала стоять нехарактерно плохая погода, и немцы сконцентрировались на холме Морт Ом. 8 мая немцы взяли эту высоту, но французы отчаянно сражались за ближайшие склоны. Германские потери уже перевалили за 100 тысяч, но немцы продолжали медленно продвигаться вперед. Французы меняли обороняющиеся части, а немцы слали подкрепления вместо выбывших. Такие ключевые позиции, как форт Дуомон, в мае переходили из рук в руки.

Между 1 и 7 июня немцы наметили другую цель: форт Во. Они окружили форт, и, лишенные воды, его защитники сдались. В данном случае немцы признали мужество противника, и командир французов майор Рейналь получил от германского кронпринца шпагу за храбрость. Командовать районом Вердена с французской стороны стал генерал Петэн, безразличие которого к потерям обеспокоило даже Жоффра — он передал командование генералу Нивелю. В эти дни германские части взяли форт Совиль, откуда открывался прямой путь на собственно Верден — менее четырех километров

Последняя и отчаянная попытка немцев захватить Верден была предпринята 22 июня 1916 г. Снова вслед за мощной артподготовкой последовало применение газа, на этот раз фосгена («Зеленый крест»).

Главной целью была французская артиллерия — 1600 пушек в районе Вердена. Эти пушки временно замолчали, что дало немцам («Альпийский корпус») новый шанс. Тридцатитысячный авангард немцев действовал с отчаянием обреченных. Он уничтожил противостоящую французскую дивизию и взял форт Тиамон, расположенный всего лишь в трех километрах к северу от Вердена. (Среди атакующих немцев был лейтенант Паулюс, которому через двадцать шесть лет предстоит капитулировать в Сталинграде).

Между Верденом и германской армией оставался лишь один форт, Сувиль. Двадцать миллионов снарядов, начиная с февраля, вспахали все окрестности. Потери с каждой стороны превысили 200 тысяч. 24 июня премьер-министр Франции Аристид Бриан прибыл в ставку британского генерала Хейга с мольбой ускорить наступление на Сомме. Между тем форт Сувиль устоял, и становилось все более очевидно, что наступательный порыв германской армии заглох. Хейг отдал приказ своей артиллерии нанести удар на фронте в двадцать километров. 23 июня — уже как агония — немцы предприняли самый последний штурм форта Сувиль: артподготовка и газы, а затем двухнедельная попытка преодолеть непреодолимое. Немцы, собственно, сделали невозможное — тридцать из них вышли к внутренним стенам форта. Впереди маячили разбитые артиллерией стены собора Вердена. Но броситься к цели многомесячных усилий было уже некому.

Эпоха Вердена окончилась, не дав немцам искомого результата.

Чтобы еще раз попытаться ослабить давление немцев на Верден, русские начали силами двадцати шести дивизий наступление у Молодечно, имевшее переменный успех. Место Иванова в командовании фронтом занял генерал Брусилов, а подчиненными ему была группа талантливых генералов: Каледин, Сахаров, Щербачев и Лещицкий. Прошедшее пятимесячное затишье было благотворно для русской армии, наведшей в своих рядах определенный порядок. Наконец-то оканчивается дефицит стрелкового оружия. Генерал Нокс пишет в апреле 1916 г.: «Русское военное положение улучшилось так, как того не смог бы предсказать ни один иностранный наблюдатель в дни отступлений прошлого года».

Только из Соединенных Штатов прибыло более миллиона винтовок, их массовое производство для России наладили японцы и итальянцы. В русской армии число снарядов увеличилось с 80000 в 1914 г. до 20 млн. в 1916 г.; 1100 пулеметов в 1914 г. и 11000 в 1916-м. В начале войны Россия производила 1237 полевых орудий в год, а в 1916 г. — 5 тысяч. Заново вооруженные русские армии начали думать об активизации своих действий.

Романов Петр Валентинович — историк, писатель, публицист, автор двухтомника «Россия и Запад на качелях истории», книги «Преемники. От Ивана III до Дмитрия Медведева» и др. Автор-составитель «Белой книги» по Чечне. Автор ряда документальных фильмов по истории России. Член «Общества изучения истории отечественных спецслужб».

Евгений Белаш. Мифы первой мировой. М.: Вече, 2012.

Андрей Зайончковский . Первая мировая война. СПб.: Полигон, 2002.

Норман Стоун . Первая мировая война. Краткая история. М.: АСТ, 2010.

Уткин А.И. Первая мировая война. М: Культурная революция, 2013.

March 29th, 2016

Словосочетание "Верденская мясорубка" известно каждому, кто интересуется военной историей. Именно под Верденом - небольшим городком на востоке Франции сто лет назад произошло самое масштабное и кровопролитное сражение Первой мировой войны, которое стало настоящей мясорубкой для немецких и французских солдат, а Верден и его окрестности превратились в большую братскую могилу для сотен тысяч человек из обоих армий.

Сегодня окрестности Вердена являются самым интересным местом во Франции для любителей военной истории и истории Первой мировой в частности. Несмотря на то, что после тех трагических событий прошло уже сто лет, местность эта оставлена нетронутой и тут все выглядит так же, как выглядело на момент окончания Первой мировой, только земля немного затянула нанесенные ей раны и увечья и бывшие поля сражения поросли лесом. На сегодняшний день окрестности Вердена представляют собой что-то среднее между кладбищем и музеем Первой мировой под открытым небом - повсюду встречаются разрушенные форты, укрепления и укрытия, фундаменты стертых с лица земли артиллерией деревушек и могилы, могилы, могилы...

Я случайно оказался проездом в этих местах и, следуя указателям, расставленным вдоль дорог, начал знакомство с этой местностью, которая меня настолько затянула, что я провел на полях "Верденской мясорубки" полтора дня и эта поездка оставила у меня очень сильное впечатление, которое я постараюсь передать в серии постов об этом впечатляющем и трагическом месте.

В регионе Вердена я был проездом и, зная, что я буду в этих местах, я запланировал по пути заехать осмотреть один из заброшенных верденских фортов с обширной подземной системой и сохранившейся поворотной пушкой. Я выписал на бумагу координаты форта и, завершив свои дела в Лотарингии, отправился к цели под Верденом, которую планировал осмотреть вечером, затем где-то переночевать и с утра продолжить поездку дальше в сторону Бельгии, где хотел осмотреть еще одну интересную для меня достопримечательность. Так как знакомиться с Верденом детально я не планировал, из информации у меня с собой были лишь координаты интересующего меня форта.

Территория Верденского сражения оборудована прекрасной системой визуальной навигации. Вдоль дорог расставлены указатели на каждый дот, батарею или форт с указанием расстояния до объекта. Мое любопытство не позволило мне проехать мимо первого встреченного указателя и, сделав остановку на обочине, я пошел по указанному направлению в лес, где обнаружил первый верденский артефакт, за первым последовал второй, затем третий... Лишь к наступлению темноты я вспомнил, что ехал сюда совершенно с другой целью, но уже было поздно. Открывшийся мне пласт истории настолько затянул меня, что я отменил все планы и провел в окрестностях Вердена весь вечер этого дня и весь следующий день, изучая огромное количество реликтов той страшной битвы, произошедшей в этих местах сотню лет назад.

01. Первым артефактом, указатель на который я увидел по пути, стал такой вот пулеметный дот, расположенный в паре сотен метров от дороги. Припарковав машину на обочине, я отправился в указанном направлении и вскоре вышел на поляну, где находилось небольшое бетонное сооружение. На доте была надпись на французском, сообщающая о том, что это Blockhaus M5, расположенный на юго-западе от форта Fort de Tavannes.

02. Согласно информации в сети, дот этот был сооружен в 1917 году для усиления ближней обороны форта, а всего в укрепрайоне Вердена было построено три дота этого типа. Орудием дота были четыре пулемета, направленные во все четыре стороны. Сооружение было связано подземным ходом с находящимся где-то рядом фортом и отдельным входом не располагало. Где находился форт, я не знал, а на слепые поиски его не было времени, так что я отправился дальше.

03. Вскоре мне встретился очередной указатель, призывающий углубиться на двести метров в лес. Но в лесу я не увидел ничего, кроме остатков какого-то сооружения.

04. Еще немного я побродил вокруг, пока не убедился, что больше тут ничего нет и, сев в машину, поехал к изначально запланированной цели.

05. Вскоре мне пришлось сделать очередную остановку, так как возле дороги был установлен какой-то инфостенд и чуть в стороне просматривалось нечто, напоминающее огневую точку. Рядом с огневой точкой была табличка, из которой стало ясно, что сооружение является пулеметным гнездом типа Casemate Pamart. Этот тип огневых точек был создан командантом Памаром в ходе войны и с 1917 года подобными дотами укрепляли оборону фортов, располагая их на подступах к крупным фортификационным объектам.

07. Дот Памара имел две амбразуры, за которыми находилось два пулемета Hotchkiss M1914. причем стрелять можно было лишь из одного, в то время, как второй находился в режиме ожидания и располагался ниже активного пулемета. Простым вращением лафета, можно было менять их позиции и устанавливать активный пулемет в одну из двух амбразур. Внутри казематы оборудовались вентилятором, который выдувал пороховые газы наружу.

08. Заглянул через амбразуру внутрь дота, пулеметный лафет был на своем месте.

09. С тыльной стороны дота находится вход внутрь, закрытый сеткой. Часто доты Памара соединялись с фортами подземными ходами.

Так выглядит схема дота Памара. Толщина брони купола составляет 14 см а вес купола 2,5 тонны. Благодаря простоте и легкости конструкции доты Памара было гораздо проще сооружать в полевых условиях позиционной войны, чем выдвигающиеся башни. К тому же доты Памара были надежней благодаря тому, что не имели подвижных механизмов и их нельзя было заблокировать взрывом гранаты. Но в отличии от выдвигающихся башень, которые имели круговой сектор обстрела, из дота Памара можно было обстреливать лишь сектор в 160°.

Оба дота Памара, что вы видите на снимках были сооружены вокруг форта Fort de Souville в 1917 году. Сам форт был где-то неподалеку но я, побродив минут пять по тропинкам, не смог его обнаружить и отправился дальше.

10. Проезжал мимо мемориала Вердена, в котором расположен музей, посвященный Верденской мясорубке. С 2013 года музей находился на капитальной реконструкции и должен был открыться к 100-летию начала Верденской битвы 22 февраля 2016 года.

11. Каждые несколько сотен метров мне встречались очередные указатели на артефакты Верденского сражения, заставляющие меня делать остановку, так как мое любопытство не позволяло мне проехать мимо. За годы изучения линии Мажино я хорошо выучил французскую фортификационную терминологию и знал, что слово abri caverne означает подземное убежище.

12. Указатель привел меня к одному из многочисленных убежищ, которые массово сооружались вокруг Вердена. Данное убежище примечательно четырьмя массивными вентиляционными оголовками, расположенными на вершине холма, благодаря которым получило название "Убежище четырех дымоходов".

13. "Убежище четырех дымоходов" относится к типу "abri caverne" то есть "подземное убежище", оно было построено в 1889-1891 годах в рамках программы по созданию вокруг Вердена мощного укрепрайона. Всего в Верденском укрепрайоне было сооружено три убежища этого типа. Внутри данного сооружения могли разместиться более трех сотен солдат и запас амуниции.

14. Сооружение прекрасно сохранилось, хоть и находилось в самом эпицентре бойни, прошедшей тут в июне 1916 года.

Вот как вспоминает дни, проведенные в убежище в разгар сражения один из французских офицеров:

"Мы провели в убежище семь бессонных дней и ночей под непрекращающимся артиллерийским огнем. Раненные и мертвые, которых мы не могли вывезти, лежали тут рядом с измотанными и обессиленными выжившими. На поверхности непрерывно разрывались снаряды, от которых земля и стены в убежище ходили ходуном,а с потолка непрерывно сыпалась земля. Наша судьба зависела от сражающихся в нескольких сотнях метрах от нас боевых товарищей, которые были в куда более худшем положении и гибли один за другим, приняв героическую смерть."

15.

В самый разгар битвы в двадцатых числах июня 1916 года пленники убежища переживали самые сложные дни, так как немцы бросили максимальные силы на прорыв этого рубежа обороны, задействовав огромное количество солдат и артиллерийских орудий. Начиная с 20 июня начался массированный обстрел артиллерией этой местности, в результате которого была полностью уничтожена расположенная по соседству фортификационная группа Thiaumont. С 22 июня после того, как все постройки на этом холме сравняли с землей, немецкие войска начали плотный обстрел местности газовыми снарядами, которых по этому холму и его окрестностям за два дня было выпущено более 100 000. Это были самые трудные дни для пленников убежища - если от артиллерийского огня они были защищены десятиметровым слоем грунта, то от газа защиты не было, а противогазы были далеко не у всех. Практически сразу мучительной смертью погибли все раненные, размещенные в убежище. Картина корчащихся в муках и агонии людей деморализовывала и без того павших духом солдат, запертых под землей уже неделю. Выйти наружу не было никакой возможности, так как немцы взяли оба входа под прицел пулеметов и каждый, кто осмеливался высунуться из убежища, тут же получал очередь из пулемета.

16. Один из двух входов в убежище, по обе стороны от которого расположены небольшие помещения, в которых в прошлом могла располагаться кухня или туалеты.

Так выглядело это место в июне 1916 года.

Один из пленников убежища так описывает самые сложные два дня проведенных в подземном плену:

"Несколько дней длился плотный артиллерийский обстрел местности. Внутри убежища все дрожало от взрывов, стены, потолок - все приходило в движение и привыкнуть к этому было невозможно, от каждого взрыва я невольно пригибал голову и напрягался всем телом. Иногда взрывная волна тушила свет во всем помещении. Внезапно 22 июня обстрелы прекратились и наступила тишина. Чтобы узнать, что произошло и почему больше не стреляют, я решил выйти наружу. На последних ступенях лестницы перед выходом к моим ногам упал один из караульных, его тело содрогалось в конвульсиях и в перерывах между приступами сильного кашля он ужасно кричал. Это был газ. Я выглянул наружу и увидел как над нами пролетают тысячи гранат с газом и разрываются с характерным глухим звуком. Немцы начали газовую атаку.

Я вернулся назад в убежище и одел противогаз. Газовая атака продолжалась шесть часов, во время которых мы абсолютно деморализованные и подавленные сидели в тишине убежища, надеясь на то, что ресурса противогаза хватит, чтобы пережить этот кошмар. На лестницах мы распалили огонь, чтобы препятствовать проникновению газа в убежище. К этому времени все тяжелораненые умерли, также в страшной агонии погибли те, кто неверно или недостаточно плотно одел противогаз. Я не видел ничего страшнее, чем эти предсмертные судороги людей, умирающих от газового отравления.

Утром 23 июня град из газовых гранат прекратился, на небе появились самолеты и начали поливать землю плотным потоком огня. Вскоре в убежище спустились люди, они смотрели на нас и кричали - Они тут, они живы!. Это были наши."

17. Дверь, за которой начиналась лестница, ведущая под землю, была распахнута, так что можно было спуститься вниз и осмотреть убежище изнутри.

На стене возле двери висела информационная табличка, изрядно потрепанная временем и погодными условиями. Помимо уже ставшего не читаемым текста, на табличке изображены исторические снимки убежища и его пленников а также план сооружения.

Как видно на схеме, убежище представляет собой одно цельное вытянутое помещение около 70 метров в длину, расположенное на глубине десяти метров в недрах холма. У подножия холма параллельно друг другу находятся два входа в сооружение а на поверхность холма выходят вентиляционные трубы.

18. Сразу за входными дверями начинается лестница, ведущая под землю.

19. Фонаря у меня с собой не было, так что подсвечивал вспышкой. Но смотреть внутри особо нечего было. Помещение было совершенно пустым. Снимки лучшего качества из недр убежища можно посмотреть .

20. Тогда я еще не знал о том, что сто лет назад довелось увидеть этим стенам Так бы, наверное, впечатления были бы ярче от посещения места с такой мрачной историей.

21. На следующий день я посетил еще одно убежище такого же типа, расположенное в секторе Douaumont прямо перед огромным кладбищем и величественным монументом, о котором будет в конце поста. Убежище это называется просто Abri 320 и оно тоже было на линии фронта, что наглядно видно по вершине холма, которая напоминает поверхность моря в ветреный день.

22. По своему устройству это убежище идентично "убежищу четырех дымоходов" и было построено в тот же период 1889-1891 гг, только "дымоходов" тут всего два.

С этим убежищем тоже связана печальная история. Во время боевых действий июня 1916-го убежище находилось в эпицентре битвы и попало под плотный артиллерийский огонь. В тот момент в сооружении, рассчитанном на 300-350 человек, находилась тысяча французских солдат. В ходе мощного обстрела были уничтожены воздуховоды убежища и засыпаны оба входа. В результате тысяча человек, находившихся внутри, задохнулись и немцы взяли убежище без единого выстрела.

23. Входы в объект до сих пор находятся в полузасыпанном состоянии после того обстрела в июне 1916-го. Внутрь я не полез, если кому интересно, как выглядят внутренности убежища в настоящее время, фотографии изнутри можно посмотреть .

После захвата убежища немцы разместили в нем лазарет и штаб батальона, которые располагались тут до наступления французов, предпринятого в октябре 1916 года. 24 октября французская армия накрыла убежище артиллерией, в результате были закупорены оба входа внутрь. Пока немцы прорывали выход наружу, убежище было окружено французами и все его обитатели попали в плен.

24. Напротив убежища находится могила лейтенанта Жана Легрикса, погибшего на этом месте 23 июня 1916 года. Могилами щедро усеяна все территория поля битвы.

25. Я продолжаю свой путь и по дороге делаю еще одну остановку возле очередного указателя. Где-там в лесу находятся сразу три объекта: убежище abri и два объекта, обозначенных как FT1 и FT2.

26. Пройдя пятьдесят метров я обнаруживаю убежище, на которое указывал придорожный указатель. На самом деле это не просто убежище, а артиллерийская батарея, построенная в 1888 - 1894 годах для прикрытия фортификационной группы Ouvrage de Froideterre, и получившая индекс 1-3. В 1913 году батарея была дополнена двумя укрытиями для артиллерийских расчетов с железобетонными плитами на крыше. Одно из этих укрытий видно на переднем плане. Слева от него находится позиция для пушек.

27. Укрытия представляют собой простые помещения с лавочками, где артиллеристы могли спрятаться от ответного огня вражеской артиллерии.

28. К началу Первой мировой тут базировались четыре 95-мм артиллерийских орудия, но в 1915 году орудия с батареи сняли и отправили ближе к линии фронта, а само сооружение использовалось в качестве убежища для различных войск, которые вели боевые действия неподалеку от этого места в июне 1916-го. В бруствере видна одна из ниш для хранения боеприпасов для орудий.

29. Остатки второго укрытия, размещенного симметрично по другую сторону от батареи.

30. Сто лет назад леса в этих местах не было и видимость была на многие километры вокруг. За прошедшее столетие ландшафт на месте Верденского сражения преобразился до неузнаваемости.

31. Пройдя еще семьдесят метров, обнаруживаю следующее сооружение напоминающее бункер и обозначенное индексом FT1.

32. Это сооружение тоже является типовым проектом убежища. Всего в Верденском укрепрайоне на протяжении 1906 - 1911 годов было построено три убежища этого типа, но из всех трех лишь это сохранилось практически в оригинальном состоянии.

Убежище состоит из двух крупных помещений, в каждом из которых были сидячие места для 50 солдат (3), небольшой кухни (2) и расположенного снаружи туалета (1). Помимо прочего, под полом убежища размещалась цистерна с запасом питьевой воды. Убежище было полностью сооружено из железобетона с толщиной потолка 1,6 метра и стен 2 метра. Входы в помещения убежища были прикрыты стеной, имеющей ширину 1,5 метра у основания и 1 метр у потолка. Внизу показана схема подобного убежища.

21 февраля неподалеку от французского города Вердена началось ожесточенное сражение, в котором приняли участие почти 2,5 миллиона человек. Крайне ожесточенные бои в сумме с огромными потерями стали причиной того, что оно получило название Верденская мясорубка. 1916 год показал, насколько кровопролитными и бессмысленными могут быть даже тщательно продуманные военные операции.

Кто с кем сражался

В битве, состоявшейся в середине Первой мировой войны, приняли участие Германская империя и Франция.

Французские войска возглавляли командующие Робер Нивель и Анри Петен. Их немецким противником стал Эрик фон Фалькенхайн. Именно под их руководством разворачивалась самое ужасное и кровопролитное сражение, какое только знала Первая мировая война - Верденская мясорубка.

Причины кампании

Германская империя вынуждено сражалась на два фронта - с французами и русскими. Стратеги прекрасно понимали, что на наступление по широкому фронту у страны элементарно не хватит людей и ресурсов. Тогда было принято иное решение - сосредоточить значительные силы на крайне узком участке фронта в надежде легко и быстро пробиться в тыл врага. Началом операции, известной историкам как Верденская мясорубка, год стал 1916. А точнее - 21 февраля 1916 года.

Говоря о таком историческом событии, как Верденская мясорубка, причины ее обязательно нужно выделить.

Немцам было жизненно важно произвести серьезный перелом в войне, быстро истощающей ресурсы империи. А в идеале - одержать победу на одном фронте, чтобы перекинуть все войска на другой - это полностью изменило бы ход Первой мировой войны и, скорее всего, историю всего мира.

Стратеги приняли решение, что при быстром прорыве к Парижу возможен его захват. А оккупированная столица не только полностью разрушит всю слаженную работу отдельных военных частей, но и сильно ударит по боевому духу рядовых и офицеров. Кроме того, прорвав фронт, немцы получили бы возможность атаковать оставшихся защитников Франции, растянувшихся вдоль всей франко-немецкой границы, в тыл, обеспечивая быструю победу.

В целом посыл был верным. Опытные тактики тщательно продумали последовательность действий. На вооружение поступили новые, в том числе принципиально новые образцы, способные быстро переломить ход любого сражения. Но из-за множества мелких, неучтенных факторов вместо битвы, длящейся всего несколько дней или недель, появилась Верденская мясорубка - дата начала 21 февраля, а окончания - 18 декабря 1916 года.

Силы сторон

Изначально силы были сравнительно невелики. Немцы смогли выделить и хорошо подготовить только 6,5 дивизии. Однако этого казалось вполне достаточно, ведь сражаться предстояло всего с двумя дивизиями, защищающими Верденский выступ. Такое название это место получило из-за того, что именно город Верден выделялся на тактической карте - к востоку и западу от него немцам удалось значительно продвинуться вглубь Франции.

Дополнительную уверенность в себе немцам придавало и серьезное техническое превосходство. Например, они располагали 838 орудиями, в том числе и невероятно дальнобойными, ужасающими по разрушительной мощи. Конечно, самой известной стала "Большая Берта", имеющая калибр в 420 миллиметров. На перезарядку этой 47-тонной махины уходило 8 минут. Снаряд, в зависимости от модификации пушки (выпускалось два типа - М и "Гамма"), весил от 810 до 1160 килограмм. А дальнобойность была просто ужасающей - 14 и 12,5 километра соответственно. Всего в Верденской мясорубке использовались четыре таких пушки. Имелись также гаубицы "Шкода", калибр которых составлял 305 мм.

Всему этому противостояли французские пушки калибром от 75 до 155 мм.

Подготовка к бою

Верденская мясорубка 1916 года началась с ужасающей по мощности артподготовки. Немецкие эксперты, оценив точность и дальнобойность современных гаубиц и мортир, пришли к новой доктрине: "Артиллерия разрушает, пехота захватывает". На протяжении восьми (а имеются сведения, что и девяти) часов на французские позиции, а с ними и на город Верден обрушился град смертоносного металла.

Французы не могли ответить ничем. Во-первых, их артиллерия была недостаточно дальнобойной и просто не добивала до позиции противника. Во-вторых, артиллеристы оказались полностью ослеплены - непосредственно перед наступлением немцы старательно очистили небо от французской авиации. Теперь в воздушном пространстве властвовали корректировщики огня империи.

Ход сражения

После жесткой артподготовки, какой еще не знала история войн, немецкие войска пошли в атаку. Жесткая, тщательно спланированная организация приносила свои плоды. Каждая дивизия состояла из трех полков, которые делились на два эшелона - сначала шли два, а сзади их прикрывал еще один. Полки делились на батальоны, наступавшие тремя цепями с интервалом в 80-100 метров. Всего за день наступления немецким войскам удалось продвинуться на 2 километра. Первая позиция французов была захвачена.

На следующий день все повторилось - оборонительные сооружения поддавливались огнем, а к вечеру занимались пехотой. Всего за несколько дней - к 25 февраля - французы потеряли все форты, в том числе стратегически важный Дуомон.

Но, стараясь сберечь людей и уповая на мощь артиллерии, немцы дали врагу почти недельную передышку. Этого хватило, чтобы перебросить на участок прорыва почти 200 тысяч солдат, укрепляя позиции защитников.

После этого началась настоящая война на истощение. Бои были частыми, кровопролитными и… практически бесполезными. Линия фронта постоянно переходила на несколько километров то в одну сторону, то в другую. Девять деревень, расположенных здесь, были полностью уничтожены, а впоследствии им было присвоено почетное звание "Умер за Францию", которое обычно посмертно дается отважным воинам. Деревня Во захватывалась то одной стороной, то другой, целых тринадцать раз.

Постепенно немцы, воюя на два фронта, стали ослабевать. Некем было восполнять потери. А в результате Брусиловского прорыва на русском фронте им пришлось перейти к оборонительной тактике. Но задолго до этого было понятно - самое страшное сражение, какое знала Первая мировая - Верденская мясорубка - провалилось и оказалось совершенно бессмысленным. К концу октября 1916 года французы перешли в наступление, освободив форт Дуомон. А к декабрю линия фронта сдвинулась к изначальной - к той, какой была в феврале, перед началом операции.

Священная дорога

Немалую роль в победе Франции имела Священная дорога. Лишь чудом защитникам удалось сохранить ее, не позволив немцам захватить жизненно важную артерию, соединяющую Верден и соседний Бар-ле-Дюк. Именно по ней за первую неделю сражений было переброшено не менее 190 тысяч человек, а также около 30 тысяч тонн снаряжения и боеприпасов.

Если бы немцы знали о важности этой дороги (а они, скорее всего, знали - разведка работала отменно) и имели возможность уничтожить ее, то героям-защитникам удалось бы продержаться не больше нескольких недель. Но история пошла своим путем.

Как русские спасли Париж

Возможно, в марте 1916 года, по сути, в самом начале Верденской операции, у немцев была возможность прорвать оборону противника и выйти на практически беззащитный Париж. Германская империя тщательно подготавливала резервы, готовясь перекинуть их на важнейший участок фронта. Резкое увеличение численности солдат наверняка позволило бы прорваться через защитные позиции.

Обеспокоенные политики и генералы буквально умоляли русских союзников предпринять соответствующие меры. И Николай Второй пошел им навстречу. Из-за малых сроков спланировать операцию практически не удалось. Наступление было подготовлено очень плохо, в результате чего операция поблизости от озера Нарочь окончилась для Российской империи серьезными потерями - земля буквально пропиталась русской кровью. Но немецкие стратеги, опасаясь повторного прорыва, были вынуждены перебросить тщательно собранные резервы именно на русский фронт, а не на прорыв обороны возле Вердена. Это обеспечило французским союзникам передышку, давая надежду на победу.

Потери сторон

Общее количество солдат на удивительно малом участке фронта было огромным. Франция отправила сюда в общей сложности 75 дивизий - около 1,14 миллиона солдат и офицеров. Германия, стремясь любой ценой подавить противника, даже превзошла - хотя дивизий было всего 50, но из-за разницы в комплектации в окопах под Верденом билось примерно 1,25 миллиона бойцов.

Потери были ужасающими - от пуль, снарядов, газа, огня, а также болезней и рукопашных схваток.

За 10 месяцев погибло более 160 тысяч французов и 143 тысячи немцев. Суммарные потери составили 300 тысяч - население крупного современного города. Именно благодаря этому Верденское сражение получило свое второе, неофициальное название - Верденская мясорубка. Кратко об основных этапах мы уже рассказали. А чего же позволила добиться эта операция?

Итоги сражения

Несмотря на передовое вооружение (о нем чуть ниже), огромные людские ресурсы, выделенные для проведения операции, и хорошо продуманную тактику, немцы так и не сумели добиться своей главной цели - сокрушить французские войска, прорвавшись к Парижу.

Поэтому можно с уверенностью сказать, что вся операция оказалась напрасной. Почти полтора миллиона человек, переброшенные на другие участки фронта, могли бы принести куда большую пользу. К тому же не исключено, что потерь Германская империя понесла бы значительно меньше.

Технические новинки

Во время Верденского сражения немцы использовали в бою большое количество технических новинок. Безусловно, одной из самых эффективных и эффектных стал огнемет. Ужасное оружие, убивающее не сразу, а сжигающее человека живьем, оказало огромное воздействие на боевой потенциал противника. Под Верденом зафиксировано немало случаев, когда защитники оставляли свои позиции и в ужасе бежали, едва завидев приближающихся огнеметчиков. К тому же огнеметы прекрасно показали себя при зачистке как окопов, так и дотов, справиться с которыми при помощи обычного стрелкового оружия крайне сложно.

Также были разработаны и испробованы на практике боевые газы, оказавшие огромное воздействие на характер последующих войн.

Заключение

На этом можно закончить статью. Теперь вы знаете, когда состоялась Верденская мясорубка (1916), кратко прочли об основных этапах, а также имеете представление о том, какое влияние она оказала на всю войну и даже историю Европы. Да, именно эта операция стала настолько же знаковой и изнуряющей для Первой мировой войны, как Сталинградская битва для Второй мировой.

Уже в конце 1914 года расчет немецкого генерального штаба на моментальное французское поражение провалился. В 1915 году позиционная война набирала своих оборотов, при этом довольно быстро уничтожала германские ресурсы. У германцев практически не осталось сил для выполнения наступательных операций на огромном фронте. Помимо этого они не имели возможности наступать на Восточный и Западный фронт. Но здесь стояла главная цель добиться коренного перелома в ходе войны любым способом.

Германское командование приняло решение сделать ставку на прорыв обороны франко-британской стороны на узкой части фронта. Данное решение было принято в 1916 году – фронт располагался у крепости под названием Верден (это лавный стратегический пункт). Крепость Верден представляет собой 19 фортов (14из них железобетонные). Завладение этой крепости открывало путь к Парижу. Германцы планировали повторение успеха франко-прусской войны, которая припала на период с 1870года по 1871.

Верденский укрепленный регион на Западном фронте основал выступ, который был готов к обрушению сил семи немецких дивизий. Германцам под Верденом сопротивлялись лишь две дивизии французов. Для обеспечения и уверенности успешного окончания, германцы сделали перевес в авиации, артиллерии и резервах.

Бои под Верденом длились на протяжении долгого времени. Германцы перебросили основные силы на левое побережье реки под названием Мез. Здесь германцам удалось переместиться к своей цели лишь на шесть километров. Далее германцы крепко стояли на этом месте.

1916 года лето знаменуется восстановлением германского наступления. Теперь они захватили форт Во.

23 июня 1916 года французами было приторможено германское наступление. Атаки на Сомме и Брусиловский прорыв негативно повлияли на немецкую армию, что спровоцировало их переход к пассивной обороне. Уже на конец октября месяца 1916 года французам удалось вернуть форт под названием Дуамон. Битва под Верденом не обеспечила немцам захват Парижа.

Верденская битва понесла за собой множественное количество человеческих смертей. При этом использовались разнообразные технические вооруженные средства. Германцы использовали огнеметы в огромном количестве - это было сделаны первый раз за все военную историю в мире. Также немецкими войсками первый раз были опробованы облегченные пулеметы и ружейные гранатометы.

В результате Верденская битва сорвала план немецкого Генерального штаба, который заключался во взятии Парижа одним ударом. Верден увеличил Антантскую армию, тем самым ослабив немцев, став победным прологом союзников в первой мировой войне.

Битва при Вердене занимает особое место в истории Великой войны, а для французов название этого небольшого городка вообще почти что священно. Именно в его окрестностях в 1916 году решалась судьба Франции, когда на протяжении 6 месяцев германские войска почти без перерывов штурмовали позиции французов, чередуя чудовищные по мощи артиллерийские обстрелы, по много раз перекапывавшие квадратные километры земли вперемешку с человеческими останками, с ожесточеннейшими рукопашными схватками, после которых в разбитых траншеях без преувеличения текли ручьи крови. Но французы ценой огромных жертв выстояли, сорвав план немецкого Генштаба по принуждению страны к капитуляции. А германская армия потеряла под Верденом не только ядро своей армии - закаленных в боях полевых ветеранов, она потеряла нечто большее - безусловную веру в свою грядущую победу.

С тех пор Верден был удостоен огромного количества эпитетов - «столица славы», «символ мужества», «бастион свободы» и т.д. Именно прах одного из защитников Вердена был погребен в первой в мировой истории Могиле неизвестного солдата, которая была торжественно открыта в Париже в 1920 году. В мировую же историю битва при Вердене вошла как один из самых ярких символов Первой мировой войны, став олицетворением всех ее ужасов. Не случайно ее второе название - «Верденская мясорубка». И память о той трагедии во Франции тем прочнее, что куда более кровопролитная для других стран Вторая мировая война для нее прошла почти «мимоходом».

«Незрелая стратегия - причина печали»

Эту максиму древнекитайского мудреца Конфуция можно смело использовать в качестве эпиграфа к стратегическому замыслу Верденской операции.

Крепость Верден создавалась французами в ХVIII веке как главная цитадель, перекрывающая с востока кратчайший для гипотетического германского наступления путь на Париж. По мнению некоторых военных экспертов, Верден был наиболее эшелонированной и самой крупной крепостью Европы. Во время Франко-прусской войны 1870-1871 гг. Верден сумел продержаться против напора прусских войск около шести недель. К началу битвы Верденская крепость была уже, скорее условным названием - на деле это был мощный укрепрайон протяженностью почти 100 км, включающий цепь фортов и полевых укреплений, соединенных сложной подземной системой переходов и коммуникаций, который подковой охватывал с севера и востока сам город на удалении 5-7 км.

Укрепления крепости Верден, немецкая открытка, 1916 год. Источник: Lebendiges Museum Online

Идея штурмовать в лоб одну из мощнейших в Европе крепостей, притом штурмовать ее на наиболее сложном участке, принадлежала начальнику германского Генерального штаба Эриху фон Фалькенхайну. Такое решение не было показателем стратегической инфантильности этого выдающегося немецкого военного теоретика. Скорее наоборот - идея штурма Вердена стала логичной, завершающей точкой в долгой цепи аналитических размышлений Фалькенхайна, сделанных на основе скрупулезного анализа разведданных по французской армии, справок об экономическом и социально-политическом состоянии Франции.

Стратегическая концепция обеспечения победы Германии в Великой войне, которую отстаивал начальник германского Генштаба, строилась на признании немецкого Западного фронта существенно более важным, нежели «русский» Восточный фронт. Если бы не Хельмут фон Мольтке (младший), а именно фон Фалькенхайн возглавлял бы германский Генштаб с первого дня Великой войны, весьма вероятно, что Франция была бы сокрушена уже в 1914 году.

Будь Фалькенхайн в августе 1914 года на высшем военном посту Германии, невзирая ни на какие русские усилия в Восточной Пруссии, ни одно немецкое соединение не было бы снято с Западного фронта, а знаменитый «план Шлиффена» - по стремительному разгрому Франции - исполнялся бы неукоснительно. С военно-политической точки зрения немцам крайне не повезло, что мягкий, склонный к компромиссным решениям фон Мольтке Младший находился в дни судьбоносной для германской нации битвы на Марне у главного руля военной машины Германии. В итоге к концу 1914 года вышло так, что и «план Шлиффена» был провален из-за срочной переброски войск для борьбы с русскими в Восточной Пруссии, и русская армия, хоть и была выбита из-под Кенигсберга, но продолжала наступать на других участках.

В начале 1916 года Франция, по мнению генерала Фалькенхайна, как в военном, так и в социально-экономическом отношении уже дошла до предела своих возможностей. Необходимо было только мощное завершающее усилие, считал начальник германского Генштаба, чтобы убедить французов в бессмысленности дальнейшей борьбы. Для решения этой задачи, ввиду ограниченности германских ресурсов, не было необходимости организовывать масштабное стратегическое наступление, достаточно было одной крупной локальной операции в рамках «стратегии с ограниченными целями». Такой операцией могло стать наступление на Верден: здесь должен был быть создан крупный оперативный «насос для выкачивания крови французской армии».

Генерал Эрих фон Фалькенгайн. Фото: Lebendiges Museum Online

Германский Генштаб скептически относился к значению долговременной фортификации, считалось, что немецкая тяжелая артиллерия, примененная массированно на ограниченном участке фронта, способна «открыть ворота» в любой обороне. Рассматривая диспозицию грядущего наступления только с этой точки зрения, немцы до минимума сузили фронт прорыва. По мнению Фалькенхайна, это позволило бы атакующей немецкой пехоте получить максимальную поддержку артиллерии.

«Стратегия с ограниченными целями» закономерно предопределяла локальность основной оперативной задачи. Немецкий Генштаб не планировал решительный взлом французской обороны на всю ее глубину (и, соответственно, прорыв к Парижу) - фон Фалькенхайн считал, что эту цель достичь все равно не удастся. Германским солдатам и офицерам ставилась задача лишь «распахнуть ворота, но не войти в них», - с целью вовлечения все новых и новых контингентов французской армии «заткнуть своими телами дверной проем», т.е. вовлечь контратакующих французов под губительный огонь немецких батарей.

Соответственно такому решению район главной немецкой атаки под Верденом был ограничен фронтом протяженностью около 10 км - от реки Маас до дороги Азан-Орн-Данлу. Существовало, правда, направление вспомогательной атаки, направлявшейся с запада - от местечка Этьен по равнине Вевра, но весомого оперативного значения это направление не имело.

Пессимистический взгляд фон Фалькенхайна на возможность решительного преодоления главного французского оборонительного рубежа и прорыв к Парижу стал основной причиной бессмысленности колоссальных жертв германской армии у Вердена. Она проиграла не потому, что не могла победить, а потому, что ее изначальное стратегическое развертывание не предполагало победы.

Точка зрения начальника Генштаба на стратегический замысел операции у Вердена, как это было принято в высшем эшелоне германского генералитета, не была одной и единственной. Эриху фон Фалькенхайну убежденно оппонировал видный сотрудник Генштаба, генерал Генрих фон Бауэр. Он утверждал, что опыт быстрых, стремительных захватов таких крупнейших русских крепостей, как Ковно и Новогеоргиевск, свидетельствует об эффективности массированных, территориально существенно более широких оперативных охватов.

Бауэр предлагал считать стратегической целью Верденской операции не создание гипотетического «насоса для выкачивания крови французской армии», а вполне конкретный и быстрый, в течение одной-двух недель, захват крепости Верден. С этой целью фронт прорыва должен был быть существенно увеличен: удар с севера нужно было не ограничивать правым берегом Мааса, а развивать его одновременно на фронте 22 километра по обоим берегам этой реки. Но предложение генерала Бауэра не получило развития. Это и стало, по-видимому, основной причиной стратегического фиаско немцев под Верденом.

Первый успех

Немецкие силы, задействованные на Верденском направлении, если и превосходили в численном отношении французские соединения, то очень незначительно. Значительное преобладание германских войск было создано только на рубеже предполагаемого прорыва: около 6,5 немецких дивизий против двух французских (на 21 февраля 1916 года). Впоследствии численность противоборствующих войск даже на рубеже главной атаки практически сравнялась, а в первой декаде марта французы имели под Верденом уже почти полуторное превосходство в живой силе.

Немецкая артиллерия ведет огонь по Вердену. Фото: California State University

Немецкий Генштаб придавал огромное значение обеспечению защиты наступающих солдат от атак с воздуха. Для противодействия французским аэропланам немцы развернули в прифронтовой полосе несколько полевых аэродромов и сконцентрировали очень значительные по тому времени военно-воздушные средства - 168 аэропланов, большинство из которых были истребительного типа.

Фундаментальное значение придавалось также концентрации артиллерийского огня на участке прорыва, особенно крупнокалиберной артиллерии. В день начала Верденской операции - 21 февраля 1916 года - 946 германских орудий, из которых 500 тяжелых, открыли массированный огонь по французским позициям. Артподготовка продолжалась в интенсивном темпе около 9 часов.

После завершения артподготовки немцы пошли на прорыв французских фортификаций в плотных боевых порядках. Наступающие дивизии имели по два полка в первой линии и по одному полку - во второй. Батальоны в полках наступали на участках 400-500 метров и строились эшелонированно в глубину. Каждый батальон создавал три цепи, двигавшиеся на дистанции 80-100 метров друг от друга. Передовые цепи наступавших опирались на специальные штурмовые группы, сформированные из хорошо обученных солдат, усиленные пулеметными и огнеметными расчетами.

Следует подчеркнуть, что на всем протяжении «Верденской мясорубки» обе стороны, но с особенной интенсивностью немцы, применяли отравляющие газы - как с помощью обычных «баллонных» атак, так и с помощью химических снарядов. Также впервые в широких масштабах немцами использовались батальонные огнеметы, всего на участке прорыва - 96 установок.

Массированный натиск хорошо подготовленных немецких полков, как и предсказывал генерал Бауэр, привел в первые же дни наступления к поразительному успеху. К 25 февраля, т.е. за неполные четыре дня, германские войска не только преодолели полосу глубиной 8 километров, которую французы за 18 месяцев затишья превратили в сложнейший фортификационный рубеж, но и овладели важнейшим северным фортом Вердена - Дуамон. Помимо этого, немцы сумели относительно легко захватить еще целый ряд фортов и укрепленных деревень.

Вместе с тем, расчеты Эриха фон Фалькенхайна на безоглядное втягивание значительных контингентов французских войск в ликвидацию немецкого прорыва не оправдались. Французы не спешили сами атаковать уже захваченные немцами позиции, но с истовым, даже фанатичным упорством боролись за удержание тех рубежей, которые еще оставались под их контролем. Одностороннего «насоса», который бы выкачивал только кровь французской армии, явно не получилось, а образовался страшный обоюдный «насос», который с методичной эффективностью уничтожал цвет мужского населения Германии и Франции.

Кронпринц Вильгельм. Фото: Imperial War Museums

Французское командование предприняло самые энергичные меры, чтобы остановить продвижение немецких войск. По единственному шоссе, связывающему Верден с тылом, на 6 000 автомашин, включая мобилизованное парижское такси, к месту германского прорыва непрерывным потоком перебрасывались войска: к 6 марта в окрестности Вердена было доставлено 190 тысяч солдат и 25 тысяч тонн военных грузов.

На левом берегу реки Маас французы развернули очень сильную крупнокалиберную артиллерийскую позицию и стали непрерывно обстреливать с фланга и тыла район немецкого прорыва. Еще одно предостережение генерала фон Бауэра, не воспринятое вовремя германским Генштабом, стало сбываться: узость фронта наступления германских войск не позволяла избегнуть губительного огня французской артиллерии - даже те немецкие войска, которые находились достаточно далеко от передовой линии, теперь несли от него ощутимые потери.

Чтобы иметь возможность продолжать операцию, германскому командованию пришлось атаковать теперь и левый берег Мааса, что привело к новым масштабным потерям, поскольку фактор внезапности уже пропал, но зато позиции по левобережью Мааса были битком забиты французскими войсками и многочисленной артиллерией. В итоге на вспомогательную операцию, на которую в конце февраля 1916 года потребовалось бы максимум 2 дня, теперь пришлось затратить 5 недель (с 6 марта по 9 апреля). Эти, без малого, полтора месяца германские войска ожесточенно боролись за ничтожные 6 км в глубину фронта по линии Авокур - высота Мортом - Кюмьер.

Расширив ценой невероятных усилий и большой крови фронт прорыва для дальнейшего наступления, немцы, увы, не смогли осуществить его. К середине апреля 1916 года германские войска предельно устали, им в обязательном порядке требовался отдых, а некоторым соединениям и переформирование. На фронте у Вердена наступило временное затишье.

«Мясорубка» у форта Во

Итогами первого этапа Верденской операции была крайне недовольна значительная часть немецкого генералитета, особенно те военачальники, которые связывали победу Германии в Великой войне прежде всего с первоочередным разгромом России. Начальник штаба немецкого Восточного фронта генерал Эрих фон Людендорф с гневом писал в середине мая 1916 года генералу Максу Гофману: «Мне жаль немецкие семьи, в которые неисчислимым потоком идут из-под Вердена извещения о гибели сыновей. Все эти десятки тысяч молодых судеб можно было бы сохранить в боях на востоке и притом добиться значительно больших результатов».

Оппонентом начальника германского Генштаба фон Фалькенхайна на Западном фронте стал кронпринц Фридрих-Вильгельм - наследник древнего престола Гогенцоллернов. Кронпринц не относился к типу «будуарных» сановников, это был высокопрофессиональный, одаренный умом и волей военачальник, типичный представитель несгибаемой «прусской касты».

Фридрих-Вильгельм командовал на Западном фронте группой армий «Кронпринц Вильгельм», находившейся в самом центре фронтового построения. Подвиг и трагедию германских войск у Вердена наследник Гогенцоллернов видел собственными глазами и переживал очень остро, поэтому его вердикт был однозначен: эффект внезапности давно утрачен, французы будут продолжать драться насмерть на обоих берегах Мааса, германские потери стали запредельны, и, следовательно, операция у Вердена должна быть прекращена.

Немецкий солдат в битве при форте Во. Фото: Imperial War Museums

«Месяцы сражения под Верденом, - писал впоследствии в своих воспоминаниях кронпринц Вильгельм, - являются в моей памяти наиболее тяжелыми из всей войны. Я предугадывал и заранее знал положение; я имел слишком много личных встреч с офицерами и солдатами боевых частей, чтобы тешить себя иллюзиями. В глубине души я абсолютно был против продолжения наступления, и все же я был вынужден выполнить приказ о наступлении».

К чести кронпринца Вильгельма следует подчеркнуть, что свое неприятие планов Эриха фон Фалькенхайна о дальнейшем продолжении «Верденской мясорубки» он неоднократно докладывал как начальнику германского Генштаба, так и своему отцу - кайзеру Вильгельму II.

В борьбе двух концептуальных позиций о продолжении или прекращении Верденской операции, победило в итоге мнение начальника Генштаба Германии. Генерал Фалькенхайн сумел убедить политическое руководство страны в том, что продолжение боев под Верденом исключит соединение войсковых сил французов и англичан в районе реки Соммы.

Германский Генштаб располагал достоверными данными разведки, что крупномасштабное наступление союзных армий на Сомме обязательно состоится летом 1916 года. Следовательно, делал вывод начальник германского Генштаба, Верденское наступление имеет смысл продолжать, по крайней мере, до фазы максимальных наступательных усилий армий Антанты на Сомме. С тяжелым сердцем кайзер Вильгельм II вынужден был подписать приказ о наступлении. В новой директиве Генштаба предписывалось захватить Верден до 15 июня 1916 года.

2 июня 1916 года германские войска под командованием генерала Эдвальда фон Лохова силами трех армейских корпусов (1-й Баварский, 10-й Резервный, 15-й Армейский) перешли в наступление. Основной удар наносился по французским линиям обороны, расположенным на правом берегу реки Маас. Наступление поддерживала мощная артиллерийская позиция, составленная из 26 тяжелых мортир и 24 крупнокалиберных гаубиц. На левобережье Мааса наступательные действия были прекращены. Это было вынужденное решение для германского командования, поскольку для одновременного удара по обоим берегам Мааса сил просто не хватало.

Наступлению предшествовала двухдневная артподготовка. По расходу тяжелых снарядов - около 150 тысяч выстрелов в сутки - она оказалась одной из наиболее интенсивных в сражениях Великой войны.

Немцы не жалели снарядов, поскольку иначе было бессмысленно рассчитывать захватить мощный форт Во, а также последний оборонительный рубеж перед Верденом, проходивший по линии форт Флери - форт Сувиль - укрепление Фруад. Захват этой линии германскими войсками обеспечивал полную изоляцию Вердена от тылового обеспечения и фактически означал его сдачу.

Особенно тяжкие, очень кровопролитные бои развернулись за обладание фортом Во. Немецкий 10-й Резервный корпус сумел полностью отрезать форт от тылового обеспечения. Однако французы не капитулировали: командир гарнизона форта майор Реналь категорически отверг предложение генерала фон Лохова сложить оружие и сдать позиции. На разбитых бетонобойными снарядами укреплениях Во разгорелись ожесточенные рукопашные схватки: немцы и французы сражались отчаянно и беспощадно, пленных не брали.

Немцы применили против гарнизона Во буквально все военно-технические средства: огонь 420-мм орудий, снаряды с отравляющими газами, массированное использование огнеметов. Тем не менее, героический форт держался. Осажденные сумели даже сохранить связь, правда, одностороннюю - с помощью почтовых голубей - со штабом генерала Анри Петена, командовавшего французскими войсками под Верденом.

С первого же дня окружения форта Во командующий 2-й французской армии генерал Нивель пытался организовать деблокаду форта. В ночь на 6 июня была предпринята последняя попытка разорвать кольцо немецкой блокады силами бригады полковника Ф. Сави. Ее бойцы мужественно рвались к форту, бригада полегла практически вся, но деблокировать Во не смогла - немецкие полевые орудия расстреливали штурмовые линии французов прямой наводкой.

Французские войска среди руин Вердена. Фото: Encyclopedia Britannica

7 июня 1916 г ода последний почтовый голубь из форта Во прилетел с запиской, написанной кровью. В ней было всего несколько слов: «Да здравствует Франция!». В этот день была взята в плен горстка защитников Во - практически все французы были ранены, многие не могли держать в руках оружие. Но взятие форта дорого обошлось и германской 5-й армии, только убитыми немцы потеряли здесь 2700 солдат и офицеров.

В последующие пять дней германским частям удалось развить успех. Французская оборона начала трещать: 2-й и 6-й корпуса французской армии, находящиеся на рубеже Флери-Тиамон, т.е. на острие германского натиска, потеряли свыше 60% личного состава. Важно отметить, что, невзирая на чудовищные потери (в некоторых ротах при штатной численности в 164 бойца оставалось не более 30 человек), французы держались невероятно стойко, подчас с веселой дерзостью обреченных.

На рубеже Флери-Тиарон произошла в эти дни одна из самых массовых и жестоких рукопашных схваток периода Великой войны, вошедшая в историю как «Штыковой бой в траншее».

В предутреннем тумане грудь на грудь сошлись несколько тысяч германских и французских солдат: бой шел с применением штыков, прикладов, штык-ножей и саперных лопаток. По воспоминаниям очевидцев, после боя по траншее струилась кровь - словно талая вода в половодье, даже вокруг санитарных палаток вся земля стала красного цвета.

23 июня 1916 года поддержать штурмовые подразделения немецкой 5-й армии прибыл лично кайзер Вильгельм II. Он побывал во всех передовых полках, осмотрел полевые госпитали, переговорил со многими солдатами и офицерами.

Период 23-25 июня стал пиком германской наступательной активности в Верденской битве. Последняя оборонительная линия перед Верденом - Флери-Тиамон - была, наконец, захвачена. Казалось, что победа немецкого упорства над французской стойкостью уже близка, но к вечеру 25 июня французы сумели мощно контратаковать фланг германского прорыва силами переброшенных свежих подразделений. Генерал фон Лохов, учитывая обескровленность передовых частей, получил разрешение кайзера провести перегруппировку сил для финального удара по Вердену через форт Сувиль.

Маасская мельница немецкого духа

История (а, тем более, военная история) не терпит, как известно, сослагательного наклонения, однако с высокой степенью вероятности можно все же предположить, что финальный штурм Вердена германскими войсками в начале июля (если бы он состоялся в иных условиях) был бы, несомненно, успешен. Однако 1 июля 1916 года в решительное, хорошо подготовленное наступление перешли англо-французские войска на другом участке фронта, западнее - на реке Сомма. Можно только представить себе яростное отчаяние генерала фон Фалькенхайна, когда он вынужден был отдать приказ о переброске из-под Вердена нескольких свежих дивизий для удержания фронта на Сомме!

Захоронения солдат, павших под Верденом. Фото: AP

Во все бóльшем числе в период со 2 по 12 июля немецкие войска и артиллерия крупных калибров снимались с Верденского направления и перебрасывались на рубеж нового англо-французского наступления. Видимо, с целью не допустить аналогичной переброски на Сомму французских войск из-под Вердена, командующий немецкой 5-й армией, генерал фон Лохов решил еще раз ударить по французской цитадели.

11 июля 1916 года войска 10-го Резервного и Альпийского корпусов в отчаянной атаке захватили ключ к Вердену - форт Сувиль. С вершины этого форта Верден был виден как на ладони - расстояние до стен цитадели не превышало 4 километров. Вершина Сувиля была идеальной для размещения артиллерийской позиции - в считанные дни тяжелые орудия германской армии, будь они установлены в Сувиле, не оставили бы защитникам Вердена ни малейшего шанса на спасение.

Однако все имеет предел. Генерал фон Лохов, при всем желании, уже не мог направить на усиление штурмовых бригад в Сувиле какие-либо свежие войска - таких подразделений у командующего немецкой 5-й армией просто не было. В результате решительной контратакой французская дивизия генерала Манжена сумела отбросить немцев на исходные позиции. Эта контратака означала фактический финал кровавой Верденской эпопеи.

Германская 5-я армия, по состоянию на 11 июля, насчитывала в своем составе 25 дивизий, однако фактическое число бойцов в этих дивизиях едва достигало 30-50%. Немецкие солдаты не просто устали и были духовно опустошены, они начинали терять свою искреннюю веру в грядущую победу - качество, которым была особенно сильна и которым дорожила германская армия.

«Отныне рассеялись мои последние надежды, - с горечью писал об этих днях кронпринц Фридрих-Вильельм, - в этом аду Вердена даже самые храбрые войска не были в состоянии долго сохранять свои моральные силы на уровне, необходимом для продолжения наступления. Маасская мельница дробила не только кости, но и дух войск».

Верден, наряду с неожиданным для германского Генштаба Луцким (Брусиловским) прорывом русских войск на Восточном фронте, подвел финальную черту под пребыванием генерала фон Фалькенхайна на первом по значимости военном посту немецкого государства. 29 августа указом кайзера Вильгельма II он был смещен с поста начальника Генерального штаба и отправлен на фронт в Румынию в качестве командующего 9-й армией. Его преемником стал творец былой победы над русскими войсками в Восточной Пруссии фельдмаршал Пауль фон Гинденбург.

Официальная история Великой войны рассматривает Верденскую битву, наряду со сражением на Сомме, как своего рода рубеж, за которым Германия утратила стратегическую инициативу. С этим утверждением можно обоснованно спорить. Но абсолютно бесспорно, что «Верденская мясорубка» осталась навечно в истории Европы как страшная эпопея взаимоуничтожения немецкого и французского народов: только потери убитыми и раненными для каждой из сторон составили более 350 тысяч человек.

Похожие публикации